Эта встрѣча сильно поразила Г-жу Сталь. Однако, по возвращеніи въ замокъ, она мало говорила объ ней, не смотря на потребность изліянія, часто перерождавшагося у нее въ болтливость; -- она была въ сильномъ раздумьи. Изъ живыхъ одна только особа припомнитъ это приключеніе; и недавно въ разговорѣ съ нею я старался вывѣдать, что говорила тогда Госпожа Сталь; особа та съ трудомъ отыскала въ своей памяти одно только слово Баронессы на счетъ Ламберта:
-- Дѣйствительно это зрячій!...
Лудвигъ не оправдалъ въ глазахъ свѣта лестныхъ надеждъ покровительницы своей, и потому минутную привязанность ея къ нему сочли просто за женскую прихоть, столь свойственную умамъ необыкновеннымъ.
Госпожѣ Сталь непремѣнно захотѣлось отнять Ламберта у Императора и Церкви, и направить какъ говорила она, къ блестящему назначенію его ожидавшему.
По этому случаю, еще до отъѣзда своего, Баронесса поручила одному изъ своихъ друзей Господину Корбиньи, бывшему тогда Префектомъ въ Блоа, опредѣлить Лудвига въ извѣстное время въ школу Вандомскую. Въ послѣдствіи вѣроятно забыла объ немъ. Поступивъ въ началѣ 1811 года четырнадцати лѣтъ, Ламбертъ долженъ былъ выдти изъ Вандома въ концѣ 18171 года по окончаніи курса философіи. Впрочемъ, сомнѣваюсь чтобы въ теченіе этого времени онъ получилъ какое нибудь воспоминаніе отъ благодѣтельницы своей, если можно назвать благодѣяніемъ трехълѣтнюю плату за воспитаніе, безъ малѣйшаго попеченія о будущей участи ребенка, по прихоти сброшеннаго съ того поприща, на которомъ вѣроятно онъ была" бы счастливъ.
Но справедливость требуетъ замѣтить, что тогдашнія обстоятельства и дарованіе Ламберта могутъ совершенно оправдать безпечность и неизъяснимую щедрость Г-жи Сталь.
Посредникъ ея сношеній съ воспитанникомъ, оставилъ Блоа при самомъ выпускѣ его изъ школы. Конечно политическіе перевороты защищаютъ его отъ укоризны въ равнодушіи къ питомцу Баронессы.
И такъ она никогда болѣе не слышала о своемъ маленькомъ Моисеѣ. Сто луидоровъ, врученныхъ ею Г-ну Корбиньи, который, полагаю, и самъ умеръ въ 1812-мъ году, была не такая значительная сумма, чтобы хотя денежными издержками разбудить вниманіе Госпожи Сталъ, кипучая душа которой нашла пищу, а замыслы пришли въ сильное броженіе, во время нежданной развязки 1814 и 1815 годовъ.
Въ это время Лудвигъ Ламбертъ былъ крайне бѣденъ, и слишкомъ гордъ, чтобы гоняться за своею благодѣтельницей, которая путешествовала тогда по всей Европѣ. Однако наконецъ рѣшился изъ Блоа пѣшкомъ идти въ Парижъ, въ надеждѣ увидѣться съ нею; но по несчастію, пришелъ туда въ тотъ самый день, когда Баронесса умерла. Два письма къ ней Ламбертовы остались безъ отвѣта. И такъ память добрыхъ намѣреній Госпожи Сталь въ пользу Лудвига уцѣлѣла только въ нѣкоторыхъ юныхъ головахъ, похожихъ на мою, и пораженныхъ чудесностію этого случая.
Надобно покрайней мѣрѣ побывать въ нашей школѣ, чтобы понять вліяніе Новичка на дѣтскіе умы наши, и особенное впечатлѣніе на насъ Ламберговаго приключенія чисто Вандомскаго.