Молодой графъ бросился въ бержерку у камина, схватилъ щипцы, и сталъ мѣшать ими уголья съ такою досадою, что прекрасное лице Анастасіи подернулось печалью. Она обратилась къ Евгенію, и устремила на него одинъ изъ тѣхъ холодно -- вопросительныхъ взглядовъ, которые такъ ясно говорятъ.-- Зачѣмъ же вы не уходите? Послѣ такого взгляда люди благо-воспитанные тотчасъ начинаютъ фразы, которыя можно назвать фразами уходящими.
Евгеній, напротивъ, принялъ учтивый видъ и сказалъ:--
-- Я спѣшилъ, сударыня, поскорѣе засвидѣтельствовать вамъ мое почтеніе, чтобы...
Онъ остановился на-отрѣзъ. Отворилась дверь. Господинъ, пріѣхавшій въ тильбюри, вошелъ безъ шляпы, не поклонился графинѣ, заботливо посмотрѣлъ на Евгенія, и подалъ Максиму руку, сказавъ ему -- Здраствуйте! Онъ сказалъ это слово съ такимъ братскимъ выраженіемъ, что Евгеніи изумился: молодые провинціалы и не воображаютъ, какъ пріятна жизнь втроемъ.
-- Мой мужъ, сказала графиня студенту.
Евгеній низко поклонился.
-- Господинъ Растиньякъ, продолжала она, рекомендуя Евгенія графу Ресто: родственникъ виконтессы Боссеанъ, по Марсильякамъ. Я имѣла удовольствіе встрѣтить его на балѣ у Виконтессы.
"Родственникъ виконтессы Босеанъ по Марсильякамъ!" Графиня произнесла эти слова почти торжественно, потому что хозяйкѣ всегда пріятно показать, что тѣ, которыхъ она принимаетъ, люди не простые. И эти слова произвели удивительное дѣйствіе. Графъ Ресто тотчасъ оставилъ свой холодно-церемонный видъ, и взялъ студента за руки.
-- Очень радъ имѣть честь съ ваши познакомиться!
Даже графъ Максимъ Траль бросилъ на Евгенія безпокойный взглядъ, вдругъ покинулъ свои наглыя замашки. Волшебный ударъ, произведенный могуществомъ одного имени, открылъ въ мозгу Ангулемца тридцать ящиковъ съ умомъ, и возвратилъ ему всю его самонадѣянность. Не ожиданная молнія озарила для него всю атмосферу высшаго общества, которая до того казалась ему брачною.