Дѣйствительно, лошади остановились у дверей дома. Обмѣнявшись съ товарищами нѣсколькими словами, одинъ изъ всадниковъ слѣзъ съ лошади и такъ застучалъ въ дверь, что принудилъ генерала пойти отворить. Послѣдній не могъ побороть тайнаго волненія при видѣ шести жандармовъ, шапки которыхъ, обитыя серебромъ, блестѣли при лунномъ свѣтѣ.
-- Ваше сіятельство, сказалъ ему ефрейторъ,-- не слыхали ли вы сейчасъ, какъ одинъ человѣкъ пробѣжалъ къ заставѣ?
-- Къ заставѣ? Нѣтъ.
-- Вы никому не отпирали дверей?
-- Развѣ я имѣю обыкновеніе самъ отпирать у себя двери?
-- Но простите, генералъ, въ эту минуту, мнѣ кажется, что...
-- Да что вы шутите что ли со мной? воскликнулъ сердито генералъ.-- Какое вы имѣете право...
-- Ничего, ничего, ваше сіятельство, тихо отвѣчалъ ефрейторъ.-- Простите пожалуйста. Мы знаемъ отлично, что пэръ Франціи не станетъ принимать у себя убійцу въ такой часъ ночи. Но желаніе получить какія нибудь свѣдѣнія...
-- Убійцу! воскликнулъ генералъ.-- Но кого же...
-- Маркизъ де-Мони разрубленъ Богъ знаетъ на сколько кусковъ, отвѣтилъ жандармъ.-- Но за убійцей послана погоня. Мы увѣрены, что онъ въ окрестностяхъ и мы его возьмемъ. Извините, генералъ.