-- И я держу пари, г. Дарро, сказалъ я съ видомъ обиженнаго, что моя рубашка почище вашей."
-- Другъ мой, дѣло идетъ не о чистотѣ... не отвертывайтесь... Вѣдь я говорю, что у васъ рубашка дырявая.
-- Такъ нѣтъ же! закричалъ я съ жаромъ, вызвавшимъ общій хохотъ: -- моя рубашка цѣла; но я не держу пари потому, что вы не заплатите.
-- Вотъ пять долларовъ, сказалъ Дарро:-- я отдаю ихъ въ руки капитану Генману (нашему хозяину). Попробуйте-ка поспорить, оборванецъ вы этакой!
Вынулъ и я пять долларовъ.
-- Помните же, сказалъ Дарро:-- пари идетъ о томъ, что у васъ на спинѣ не цѣлая рубашка.
-- Конечно, отвѣчалъ я, и началъ раздѣваться при громкомъ смѣхѣ всей честной компаніи, вполнѣ-увѣренной, что я попался въ-просакъ. Я уже разстегнулъ жилетъ, но Дарро остановилъ меня:
-- Напрасно трудитесь, Барнумъ: вы проиграли. Гдѣ же вы забыли воротникъ, рукава и прочее? стало-быть у васъ не цѣлая рубашка на спинѣ!-- э?
-- Извините! отвѣчалъ я и, снявъ галстухъ, досталъ со спины тщательнѣйшимъ образомъ сложенную рубашку, которая держалась тамъ помочами.
Громкій взрывъ хохота раздался уже не надо мной, а надъ моимъ противникомъ. Озлобленный Даррб грозно взглянулъ на измѣнившаго сообщника.