Вошла женская фигура в белом фартуке и в белом чепце, поправила подушку под головой Сеньки, сунула ему под мышку стеклянную трубку, от холодного прикосновения которой к горячему телу его всего передернуло, подняла шторы...
Сенька стал засыпать, но он еще видел, как отворилась дверь, как заглянула в нее голова Андрея Ивановича. Сенька, как мог далеко, высунул ему язык, потом съежился и сполз под одеяло.
Сестра наклонилась к нему, вынула градусник, что-то черкнула карандашом на длинном листке на столике у кровати, и тотчас же голос Андрея Ивановича спросил (глаза у Сеньки уже закрылись, и он не различал предметов, но еще слышал):
-- Ну, что? Как температура?
-- Почти нормальная, -- ответила сестра.
-- Не заметно ни у кого еще заболеваний?
-- Скарлатины? -- спросила сестра. -- Слава Богу, нет. Это единичный случай.
Сенька сделал усилие над собой и крикнул:
-- Врите больше! Пересчитали ребра человеку да на скарлатину и сваливаете.
Но не крик это был, а сонное бормотанье.