Лицо его приняло злое, хищное выражение, но только на минуту. Ермолай, нервно теребя фуражку, объяснил, что получит с подрядчика и дня через два обязательно отдаст.
-- Как можно забыть, Василь Григорьич? Сам с хозяина получить не могу, оттого и задержка. Неужели я разрешу себе такое?
-- Бога разрешаете обманывать... -- наставительно заметил Анисимов и опять принялся пищать: -- Пожалуйте голубки, голубочки, просим милости...
"Тысяч двадцать, должно, есть у него"... -- оценил грузную фигуру Анисимова Кузнецов и поднялся на цыпочках в мелочную...
-- Любить вы не умеете, Ольга Митревна. И вот разные обстоятельства происходят.
-- Какие такие обстоятельства?
Ольга Митревна метнула на него многозначительным взглядом и медлила резать хлеб.
-- Жизни настоящей все не видишь. Ходишь кругом да около. В этом вся и штука.
Девица сделалась серьезной.
-- Вести себя надо, как следует. Тогда и добиться можно.