-- В самделе? -- обрадовался Кузнецов...
* * *
Дни пошли за днями, одинаковые, спокойные, медленные. Кузнецов словно отдыхал от прежней пьяной и непристойной жизни. Достаток увеличивался. В сапожном деле он был настоящим художником, любил и умел работать. "Видно, брат, что без Михайловых рук не обошлось"... -- любовался он на только что сшитую пару и полный неясных грез медлил приниматься за следующую. Подымалось сложное, сладко волнующее чувство и почему-то было жаль себя.
В "Ознобишине" дела пошли бойко. Репутация быстро восстановилась, и все заказы направлялись к нему. Старый сапожник, оставшийся без заработка, от зависти грозился побить Михайла Егорова, а однажды в пьяном виде сорвал вывеску. Ходил слух, что какие-то господа из Петербурга приезжали нарочно, чтобы спросить, где тут живет сапожник Кузнецов. Охапочкин, по крайней мере, утверждал, что это правда. "Сам видел, собственными глазами"... -- говорил он своим покупательницам, не допускавшим возможности такого случая. А те, конечно, рассказывали знакомым.
Батюшку тоже взять: начал называть по имени-отчеству и крест дает целовать не тычком, как обыкновенным мужикам, а с умилительным видом. Услышав, что Михайло Егоров поет, он пригласил его в певчие и ласково пожурил за скрытность:
-- Богатый тенор, а мы в неведеньи. Как же так, Михайло Егорыч? Или нашего общества избегаешь?
В день церковного праздника Кузнецов был снят с местным причтом на фотографии. Группа эта висела У Михаила Егорова на почетном месте, под образами, рядом с картиной "Пиянство есть величайшее зло", купленной и прибитой к стене мамашей Кузнецова в злополучные дни гулянки его с "Чертом".
Постепенно завязывалось короткое знакомство со стоящими людьми, пьющими чай со сладкими булками и живущими тихо и мирно в уютных домиках, где герань на окнах и стол с вышитой скатертью в главной комнате.
Анисимов при встрече на улице останавливал Кузнецова и зазывал к себе в гости. Ольга Митревна отдавала ему явное предпочтение, болтая охотнее и дольше, чем с другими ухаживателями, и болтовня эта делалась у нее все деловитее, например, какая кожа считается лучше, или что в прошлом году яблоки были гораз дороги, просто хоть не торгуй.
"Девица по всем статьям настоящая. Не чета другому товару. И нет в ней этой самой загвоздки. Хорошая хозяйка будет, кому придется!" -- мысленно наделял Кузнецов разнообразными достоинствами свой новый предмет.