-- Однако, и новости... Куда ни пойдешь, всюду сюрприз. Вот так денек!..
Ксюша торопилась досказать все.
-- Я против вас, Валерьян Яковлевич, ничего не имею, и все готова сделать, чтобы загладить эту неприятность... все... все, хоть по вашим делам, если сумею что. Вы не обижайтесь на меня. Это сестра. Она трус!
Бандин скинул пальто и взволнованно прошелся по комнате.
-- Съехать от вас придется... Ничего не попишешь... Только как бы другого чего не вышло... Понимаете: двоих уже забрали. А люди, черт знает, как нужны.
Дверь полуоткрылась, и из сумрака выплыла белая от ночного костюма фигура Марьи Ивановны.
-- Ксения! Иди спать. Безобразить нечего.
-- "В двенадцать часов по ночам из гроба встает барабанщик", -- пожав руку Ксюше, протянул жилец. -- Всего вам лучшего. Спасибо. Никогда не думал, что вы такая храбрая... Спасибо.
Ксюша ушла радостная, "точно после причастия", весело подумала она про свое настроение. Марья Ивановна встретила ее ворчаньем: "Спать не дают... хороши..." Но Ксюша словно ничего не слышала. Она стояла и медлила раздеваться.
За дверную ручку слегка тронули.