-- Сохраните ваше сердце навсегда таким же чистым...
-- Голоо! Если вы не поедете со мною в экспедицию, то в вас я хотел бы видеть преданного покровителя мисс Энесли!
Голоо с любовью взглянул на Эрну.
Хан вскричал, смеясь, с своего места:
-- Но разве мисс Энесли не самостоятельно выбирает себе друзей? Во всяком случае, я приму меры к тому, чтобы Голоо оказался в Париже одновременно с мисс!
Голоо вздрогнул. Хан говорил так, как будто он решил все, и за себя и за девушку.
Черный великан с нежной душой, влюбленный с первого взгляда в эту ослепительную белую девушку, затрепетал было от счастливых слов, которые она недавно произнесла, но сразу поник головой, услышав смелый смех человека, который бестрепетно привык брать в руки то, что ему нравилось.
-- Я поеду с вами, вероятно... -- грустно сказал он Мэк-Кормику, провожая его к выходу.
Тем временем фон Вегерт, стоя около кресла хана рокандского, рассказывал последнему о своей сум-пан-тиньской майолике, происхождение которой ему удалось, наконец, точно определить.
-- Ваше высочество можете помочь мне своим указанием, -- говорил он. -- Вы знаете Восток и, вероятно, осведомлены о всех ученых востоковедах, разбирающихся в археологических вопросах. Может быть, вам известен какой-либо ученый китаец родом из Сум-пан-тиня? Конечно, -- заметил фон Вегерт, -- было бы счастьем для меня встретиться с подобным человеком, но...