-- Ее, в сущности, и сейчас уже нет, -- сказал Медведев.
-- То, что мы пьем, скорее похоже по цвету на красное вино, а по запаху, на навозную жижу, -- сумрачно подтвердил фон Вегерт.
-- Но все здоровы?
-- Пока да, хотя многие ослабели и начинают нервничать.
-- Это понятно, -- сказал Мэк-Кормик. -- Посмотрите на Боба, даже он потерял всю свою прежнюю игривость!
Четвертый день прошел снова благополучно. Но с пятого несчастья посыпались на экспедицию, как из рога изобилия. В течение трех дней пало шесть верблюдов, и был оставлен на произвол судьбы весь багаж, включая все экспедиционное снабжение и снаряжение; патроны и часть продовольственных запасов люди несли на себе. Из винтовок было устроено нечто вроде носилок. Оставшиеся девять верблюдов еле передвигали ноги. Люди были не в лучшем положении. Четверо охотников были больны и двигаться пешком уже не были в состоянии.
-- Солнечный удар... Запишите, профессор, в ваш дневник наше положение.
-- Вы думаете, что нам когда-нибудь придется прочитать то, что мы записываем? -- спросил тот.
-- Я сам сомневаюсь в этом, но если это прочтем не мы, то, может быть, прочтет кто-нибудь другой.
-- Вы полагаете, что кто-нибудь еще, кроме нас, пользуется этой чертовой дорогой? -- воскликнул с раздражением Медведев, осунувшееся лицо которого явно выказывало все признаки сильнейшего утомления.