Интеллектъ и наука.
Nun ist klar: dass es ein Drittes geben müsse,
uns einerseits mit der Kategorio, andererseits
mit der Erscheinung in Gleichartigkeit stehen
muss, und dio Anwendung der ersteren auf
die letste möglich macht.
Кантъ.
Критическая теорія понятія зародилась, какъ попытка преодолѣть односторонность двухъ главныхъ направленій новой философіи: эмпиризма, старающагося свести все познаніе и самый логическій аппаратъ мышленія къ пассивно воспринимаемымъ фактамъ опыта, и догматическаго идеализма, считающаго возможнымъ построить систему знаній "а priori", путемъ чисто логическихъ операцій съ нѣкоторыми основными понятіями или аксіомами. Эмпирикъ справедливо разсматриваетъ опытъ, какъ единственный источникъ познанія, но онъ ошибается, полагая, что истина въ готовомъ видѣ заключена въ опытѣ. Данныя опыта говорятъ намъ лишь о томъ, что фактически бываетъ, они могутъ присутствовать или отсутствовать, но, сами по себѣ, не могутъ быть ни правильными, ни ложными. Истина и заблужденіе -- характеристики, приложимыя только къ сужденіямъ. Но всякое сужденіе, и даже болѣе того, всякое высказываніе, всякая попытка отмѣтить словомъ какой. либо наблюдаемый нами фактъ, выводить насъ далеко за предѣлы чистыхъ данныхъ опыта. Когда мы констатируемъ: "вотъ этотъ абажуръ зеленый", "вотъ этотъ клочекъ бумаги квадратный", или просто восклицаемъ, указывая перстомъ: "тутъ зеленое!", "тутъ квадратъ!", "здѣсь тепло!", "тамъ холодно!" и т. п., мы уже разбиваемъ рамки голой фактической наличности. Въ самомъ дѣлѣ: "абажуръ", "клочокъ", "бумага", а также "зеленый", "квадратный", "теплый", "холодный",-- все это не обозначенія конкретно переживаемаго нами въ данный моментъ, но понятія, обобщенія, которыя, какъ таковыя, отнюдь не даны намъ въ потокѣ непосредственныхъ воспріятій, но представляютъ собой продуктъ интеллектуальной переработки этого потока. Интеллектъ не только пассивно воспринимаетъ данныя опыта, но и активно формируетъ ихъ, расчленяетъ на элементы и вновь соединяетъ согласно присущимъ ему аксіомамъ логическаго мышленія. Эти послѣднія, организуя опытъ, сами вовсе не основываются на опытѣ; онѣ не даны интеллекту, какъ внѣшне-наличные факты, но внутренно, имъ самимъ, заданы, какъ необходимыя формы познанія, какъ а priori, достовѣрные пріемы отысканія истины.
Такимъ образомъ, если-бы можно было вытравить изъ познанія все апріорное, то исчезло бы и само познаніе: духовная жизнь людей протекала бы тогда по ту сторону истины и заблужденія, всецѣло захваченная калейдоскопомъ смѣняющихся ощущеній, лишенная возможности на чемъ-либо сосредоточиться, отъ чего-либо отвлечься, породить какую-бы то ни было "проблему".
Ошибка догматическаго идеализма заключалась въ томъ, что онъ вѣрно поставленный вопросъ превратилъ въ невѣрное, однобокое рѣшеніе. Не опытъ, а исключительно апріорныя аксіомы нашего разума создаютъ истинность познанія,-- это безспорно. Только логическимъ путемъ, только "путемъ правильно построеннаго силлогизма мы достигаемъ достовѣрнаго сужденія. Но, во-первыхъ, достовѣрность логическаго вывода всегда условна, она имѣетъ мѣсто лишь постольку, поскольку достовѣрны логическія посылки. Во-вторыхъ, логическій выводъ не въ состояніи дать намъ никакого новаго познанія, онъ только уясняетъ и расчленяетъ, только "анализируетъ" понятія, образующія посылки силлогизма. Содержаніе всякаго понятія берется изъ опыта и представляетъ собой результатъ выдѣленія общихъ признаковъ изъ ряда непосредственно наблюдаемыхъ фактовъ. Чѣмъ шире понятіе по объему, чѣмъ больше разнородныхъ объектовъ оно охватываетъ, тѣмъ, очевидно, оно должно быть бѣднѣе по содержанію, тѣмъ меньше признаковъ оно можетъ въ себѣ заключать. Совершенно неосуществима поэтому мечта догматическаго идеализма построить все познаніе а priori. Если-бы существовало такое не основанное на опытѣ, универсальное понятіе, которое-бы при безконечномъ объемѣ включало въ себя бёзконечно богатое содержаніе, то мы, дѣйствительно, могли-бы, а priori, посредствомъ одного только логическаго анализа, получить цѣлую систему различныхъ конкретныхъ знаній. Но такое предположеніе противорѣчитъ самой природѣ понятія; въ дѣйствительномъ познаніи намъ неизбѣжно приходится имѣть дѣло съ цѣлымъ рядомъ самостоятельныхъ, логически не вытекающихъ, другъ изъ друга, понятій, и при построеніи каждаго изъ нихъ обращаться къ опыту.