-- Что же ты говорила? тѣмъ же хриплымъ голосомъ отчаянія спросилъ онъ.-- Ты сказала,-- "еслибы". Что -- "еслибы"?
Она колебалась.
-- Нѣтъ, нѣтъ, я никогда, никогда не скажу этого,-- рѣшительно проговорила она наконецъ.
-- Никогда,-- повторилъ онъ, и пристальнѣе взглянулъ на нее. Она волновалась, на глазахъ ея были слезы, руки ея судорожно ломали сухую вѣтку, и въ немъ, при видѣ этихъ слезъ появилась маленькая надежда, что еще не все поторяно, что, можетъ быть, еще можно поправить дѣло, тѣмъ болѣе, что она все-таки любитъ его.
-- Но можетъ быть еще можно все поправить,-- проговорилъ онъ съ болѣе и болѣе возраставшей надеждой.
-- Поправить,-- задумчиво повторила она, видимо съ большимъ напряженіемъ размышляя, возможно или нѣтъ поправить это таинственное обстоятельство...-- Нѣтъ, вскрикнула она, наконецъ.-- Я никогда этого не скажу... Невозможно передѣлать. Прощай, прощай...
Она заплакала и быстро ушла, оставивъ нашего героя въ совершеннѣйшемъ недоумѣніи. Но надежда еще не совсѣмъ оставила его. Онъ не могъ повѣрить, чтобы на его дорогѣ къ счастью могло подвернуться такое обстоятельство, которое дѣйствительно никакія человѣческія силы не могли бы устранить прочь. Онъ не вѣрилъ этому и рѣшился во что бы то ни было обстоятельно разслѣдовать это темное дѣло.
Когда онъ возвращался домой, въ его головѣ мелькнуло между прочимъ предположеніе, что, можетъ быть, не въ немъ, не въ его жизни заключалось это таинственное препятствіе, что, можетъ быть, она сама, владычица его души, но считала себя достойной его любви, что, можетъ быть, ея собственная жизнь была омрачена какой нибудь ошибкой, какимъ нибудь увлеченіемъ... Горько стало у него на сердцѣ при этомъ предположеніи, но онъ далекъ былъ отъ той мысли, чтобы это препятствіе такъ бы и осталось препятствіемъ, неустранимымъ и непростительнымъ. Онъ готовъ былъ все простить...
На другой день явился онъ въ жилищѣ любимой имъ дѣвушки и вступилъ въ обстоятельное объясненіе съ ея тетушкой. Это была женщина почтенная и откровенная. Она сказала ему, что любитъ и глубоко уважаетъ его; она подтвердила, что ея племянница чувствуетъ къ нему сильную симпатію, но что, къ сожалѣнію, есть одно, въ высшей степени несчастное препятствіе, которое дѣлаетъ невозможнымъ ихъ счастье. По глазамъ и по нѣкоторой неопредѣленности выраженій этой почтенной особы нашъ герой замѣтилъ, что она нѣсколько сомнѣвается въ неустранимости этого препятствія... И дѣйствительно, послѣ нѣкотораго раздумья, она шепотомъ спросила его,-- не можетъ ли онъ какъ нибудь перемѣнить свою фамилію, потому что хотя онъ и рѣдкій по своимъ достоинствамъ, заслушивающій величайшаго уваженія, молодой человѣкъ, но все-таки фамилія его такого рода, что ее не совсѣмъ прилично произносить при дамахъ.
Безбрючкинъ заболѣлъ горячкой.