И судьи, поговоря промеж собою, приговорили: послать приставом рыбу Окунь по рыбу Налим, а езду за поезжаное доправить после на виноватом; да ему, приставу, приговорили взять в понятые рыбу Язя.
И пристав рыба Окунь да понятой рыба Язь, по сыску в Волге-реке, ту рыбу Налим обыскали, и поставили ту рыбу Налим к суду в ответ.
И как рыба Налим стал на суд к ответу, и доводчик Карась читал судное дело, да по тому ж проговорил речи ответчиковы Ерша и речи свидетельские рыбы Сельдь, да взял у них, у Ерша и Сельди, сказки в том за их руками и положил те сказки перед судьями.
И судьи спрошали рыбу Налим: "Ты, Налим! скажи ты нам: бывает ли рыба Сельдь с похмелья и не в разуме, и что та рыба Сельдь говорит ли, ума-разума не спрошаючи?"
И рыба Налим стал на суд к ответу, да говорил: "Господа судьи, богом вы сотворены! таковско дело мне, Налиму, неведомо; да и потому ж ничего про Ерша не знаю и не ведаю".
И рыба Ерш стал на суд к ответу, да говорил: "Господа судьи, богом вы сотворены! Тот рыба Налим мужик глупой и состарелся, да и на суду говорить не сумеет. И в своих речах кладу за себя порукой старыих старожилов, рыбу Плотву с товарищи".
И судьи, прговоря промеж собою, приговорили: рыбу Налим отослать назад с понятым и сдать становому под расписку; а ему, Ершу, за оболганье рыбы Сельдь и Налима очных ставок более не давать.
И понятой рыба Язь положил рыбу Налим в сани, да и свез к Водае реке, и подал перед судьями расписку о том.
И судьи, поговоря промеж собою, приговорили: истцов и челобитчиков выслать из суда вон, сдав на руки понятому рыбе Язю; судное дело указали писать Вьюну; дело вершить по грамотам судным доводчику Карасю, а грамоту печатать Раку клешнею.
И как дело повершили, и доводчик Карась положил то судное дело перед судьями.