-- Браво! Браво! Фора! -- кричалъ господинъ Ознобышевъ, усердно хлопая и забывъ про дѣтей и про жену, которая съ недовольнымъ видомъ лорнировала его изъ ложи:-- браво, Лолита! Браво, маленькая чертовка!
Енотовая шуба опять издала странный звукъ и согнулась еще ниже.
"Ужъ не карликъ ли тамъ спрятанъ?" подумалъ Ознобышевъ, и ему почему-то стало немного жутко. Фокусы Вурма мало интересовали его, но онъ остался до конца представленія ради дѣтей и былъ очень удивленъ, когда таинственный сосѣдъ на просьбу фокусника дать какую-нибудь цѣнную вещь, протянулъ дорогой брильянтовый перстень, и потомъ той же пустой рукой забралъ его обратно.
Программа кончилась. Шуба поднялась, и передъ изумленнымъ Ознобышевымъ прошла по истинѣ отталкивающая фигура старика, еле двигающагося кастрата, чье маленькое обезьянье личико злобно выглядывало изъ воротника.
-- Ой, папенька, это чортъ! -- воскликнулъ какой-то мальчикъ, прижимаясь къ чиновнику въ шинели.
Старикъ сверкнулъ глазами и по своей привычкѣ откликнулся скрипучимъ и свистящимъ звукомъ.
Выѣздной въ это время пробрался къ Ознобышеву и доложилъ, что барыня ожидаетъ его у выхода.
-- Ѣдемъ домой,-- нервно сказала жена:-- я хочу говорить съ вами!..
"Объясненіе! -- тоскливо подумалъ мужъ, подсаживая въ карету свою разстроенную половину и самъ влѣзая за ней:-- сейчасъ будутъ слезы, укоры, истерика... О, Господи!"
Дѣти поѣхали къ Беранже безъ родителей.