Нечистаго помянули-таки добрымъ словомъ въ эту рождественскую ночь...
Пріѣхали. Разбудили сторожа. Долго допрашивали его и путнаго не добились. Вошли во дворъ и тамъ въ дворницкой у какого-то заспаннаго иностранца, ютившагося за печкой, узнали адресъ Лолиты:
"Polüstroff... Dacha von Teufel"...
Такъ было нацарапано въ грязной записной книжкѣ, которую заспанный факиръ поднесъ пріятелемъ.
-- Полюстрово! -- воскликнули оба.
-- Но, вѣдь, это чортъ знаетъ гдѣ!
-- У чорта на куличкахъ...
-- Шортъ... шортъ! -- почему-то осклабился факиръ.
-- Ну, такъ поѣдемъ къ чорту на кулички! -- рѣшилъ Юѣгуновъ и кинулъ факиру монету.
... Метель выла. Куда было пускаться въ такую даль, но кипучая кровь повелѣвала пуще доводовъ разума, и друзья, смѣнивъ дурного Ваньку на что-то болѣе удачное, быстро перерѣзали заснѣженные пути и лихо помчались по укатанной дорогѣ черезъ Неву. Свѣтила луна. Метель какъ-то лѣниво стлала ширинки серебряной фаты, а зарѣчная даль казалась бѣсовскимъ навожденіемъ...