Пока Михаилъ разсказывалъ, Митя успѣлъ замѣтить происшедшую съ каторжникомъ за эти дни глубокую перемѣну. Передряга, случившаяся съ нимъ, конечно, оставила слѣдъ на внѣшности его, но не это поразило Митю. Его вниманіе привлекло какое-то внутреннее просвѣтленіе, обнаруживавшееся въ выраженіи лица, особенно глазъ, въ тонѣ голоса и движеніяхъ недавняго его сожителя. Наглости не было и слѣда, не замѣтно было и страха или опасенія за собственную участь. Чувствовалось, что человѣкъ глубоко подавленъ, смущенъ, даже потрясенъ сплетеніемъ обстоятельствъ, которыя опутали его кругомъ такъ, точно событіями руководила какая-то высшая сила, закончившая свое дѣло справедливымъ возмездіемъ. Но Митѣ пока было не до того. Его даже не поразила почтительность Михаила, который называлъ его "господиномъ", обращался къ нему на "вы". Митя довольно разсѣянно слушалъ его, а глядѣлъ больше на Сизую Спину, который сидѣлъ теперь, какъ давеча, съ важнымъ, серьезнымъ видомъ.
Надо было, однако, что-нибудь предпринять, не оставаться же въ лѣсу.
Стали обсуждать съ Сизой Спиной, что дѣлать, т. е., какъ поступить съ третьимъ членомъ общества, который сидѣлъ теперь молча и безучастно слушалъ звуки непонятной ему англійской рѣчи.
-- Снять скальпъ, -- холодно и коротко сказалъ Сизая Спина.
-- Ну-у, Сизая Спина, перестань!
-- Два года ты мучился, два года я мучился, а онъ виноватъ, -- продолжалъ индѣецъ.
-- Если хочешь, снимай скальпъ, -- сказалъ Митя, -- но я не хочу, мнѣ будетъ непріятно, радость свиданія сдѣлается темной, и ты станешь для меня совсѣмъ красный...
Индѣецъ повернулъ голову и пристально смотрѣлъ на Михаила. Тотъ понялъ, что рѣчь шло о немъ, рѣшалась его участь. Онъ опустилъ голову.
-- Я думаю, Сизая Спина, -- началъ послѣ короткаго молчанія Митя, -- онъ намъ теперь не опасенъ. Но держать его при себѣ... онъ мнѣ и такъ надоѣлъ, сталъ невыносимо противенъ. Если дать ему припасовъ и пустить на всѣ четыре стороны, то, я думаю, онъ, скорѣе всего, пропадетъ въ тайгѣ, а если выйдетъ куда-нибудь въ поселеніе, то самое большее донесетъ на меня. Могутъ насъ, пожалуй, начать искать...
-- Снять скальпъ, -- опять сказалъ Сизая Спина.