-- Я увѣренъ, погдумалъ Максимъ:-- что мать моя и Шуази вдвоемъ это придумали къ успѣшнѣйшему моему свѣтскому воспитанію. Не вижу причинъ отказаться отъ такого любезнаго предложенія.
Люскуръ на другой день поселился у виконта. По странному стеченію обстоятельствъ, два непримиримые врага, маркиза и Шуази, избрали одинъ путь, хотя цѣли ихъ были крайне противоположны. Максимъ повиновался съ перваго раза данному ему направленію, потому-что послѣднія слова матери произвели на него впечатлѣніе, которое уже глубоко въ немъ вкоренилось, со времени отъѣзда семейства его. Самолюбіе его было обижено; онъ вообразилъ себѣ, что если любящая его мать находила въ немъ недостатки, то эти недостатки легко могли назваться пороками; эта мысль его тѣмъ болѣе огорчила, что онъ подумалъ, что и жена его быть можетъ одинаковаго съ ней мнѣнія.
-- Я въ-самомъ-дѣлѣ предурно одѣтъ, сказалъ онъ про себя, взглянувъ въ зеркало.
На другой день, за завтракомъ, онъ сказалъ Шуази съ равнодушнымъ видомъ:
-- Укажите мнѣ на вашего портного. Я своимъ недоволенъ.
-- Первый шагъ сдѣланъ, подумалъ Шуази.-- Мы поѣдемъ, если хотите, вмѣстѣ, я свезу васъ къ нему.
-- Если вы такъ любезны, скажите мнѣ, гдѣ можно найти хорошій манежъ? я хочу взять нѣсколько уроковъ верховой ѣзды. Вчера мнѣ было совѣстно рядомъ съ вами ѣхать по бульвару.
-- Хорошо, мы проѣдемъ по улицѣ Каде.
-- Не правда ли, Гризье, если я не ошибаюсь, лучшій фехтовальный учитель въ Парижѣ?
Послѣ этого вопроса, Шуази нѣсколько времени не отвѣчалъ.