-- Для меня необходимо, чтобы онъ зналъ при случаѣ драться на шпагахъ; я не хочу походить на этихъ осторожныхъ соблазнителей, которые, прежде нежели ухаживать за женою, освѣдомляются о храбрости или трусости мужа.
Итакъ, съ перваго же дня началось превращеніе Люскура, отъ котораго маркиза и виконтъ ждали такихъ противоположныхъ послѣдствій. Самолюбіе побудило его сдѣлать первый шагъ на этомъ новомъ поприщѣ; самолюбіе же измѣнило его во многомъ, и онъ сталъ обращать вниманіе на то, что до того считалъ недостойнымъ себя. Невольно сталъ онъ замѣчать съ особеннымъ удовольствіемъ, что наружности его придавали особенную прелесть ловкія манеры и щеголеватый покрой платья. Мало-по-малу усовершенствованіе свѣтскаго его образованія, общество молодыхъ людей, среди которыхъ онъ постоянно жилъ, дали уму его другое направленіе и смягчали ригоризмъ домашняго его воспитанія.
Въ одинъ прекрасный вечеръ, онъ очутился въ ложѣ, въ оперѣ, самъ не давая себѣ отчета, какъ онъ туда попалъ. На вопросъ виконта, что его болѣе всего поражаетъ, "себя здѣсь видѣть", отвѣчалъ онъ, пародируя отвѣтъ венеціянскаго дожа.
Нѣсколько дней спустя, на балѣ, который давалъ Вилларе, послѣдній представилъ его хорошенькой женщинѣ, которая спросила его, вальсируетъ ли онъ?
Послѣ минутной борьбы самолюбія съ ригоризмомъ, первое взяло верхъ, и онъ пошелъ вальсировать. Восхищенный своимъ подвигомъ, онъ цѣлый день мечталъ о вальсѣ и о прекрасныхъ голубыхъ глазахъ вальсёрки. Тутъ же онъ вспомнилъ, что она ему позволила быть у нея.
Сдѣланъ ли былъ имъ визитъ, продолжались ли послѣ того посѣщенія, послужило ли это въ пользу окончательнаго преобразованія добродѣтельнаго молодого человѣка, этого мы рѣшить не можемъ.
Люскуръ жилъ уже три мѣсяца у виконта и былъ съ нимъ въ самыхъ дружескихъ отношеніяхъ. Дѣло его было кончено; прошли три недѣли, а онъ и не думалъ ѣхать въ деревню и въ письмахъ къ матери и женѣ находилъ всегда предлогъ оставаться въ Парижѣ.
Въ одно утро, м-мъ де Гордань, получивъ по почтѣ раздушенное письмо сына, въ тотъ же вечеръ отвѣчала ему, что важныя семейныя обстоятельства требуютъ немедленнаго его возвращенія въ деревню.
ГЛАВА IX.
Въ одинъ прекрасный іюльскій день, почтовая карета быстро въѣхала на дворъ деревяннаго дома, гдѣ проходили въ это время маркиза съ невѣсткой. При видѣ Шуази, который первый вышелъ изъ кареты, обѣ женщины остолбенѣли отъ удивленія; за нимъ вышелъ Максимъ, котораго рѣшительно нельзя было узнать. Короткій дорожный сюртукъ обрисовывалъ его талію; шейный черный платокъ завязанъ былъ съ рѣдкимъ искусствомъ; бѣлокурые волоса, завитые по послѣдней модѣ, обрисовывали высокій его лобъ; глаза его, прежде вялые, блестѣли яркимъ свѣтомъ. Молодой человѣкъ ловко прыгнулъ на-земь и бросился въ объятія матери, которую нѣжно поцаловалъ. Когда пришла очередь Флавіи, онъ такъ крѣпко прижалъ ее къ груди своей, что молодая женщина отступила, вся покраснѣвъ.