-- Вы -- сынъ миссисъ Монументъ, которая жила въ Гакней-Маршъ, и -- если можно говорить объ этомъ съ такимъ франтомъ, какъ вы -- стирала бѣлье, была бѣдная, но честная женщина?
-- Моя мать была прачкой,-- подтвердилъ Клодъ.
-- Ну, такъ я ничего не понимаю!-- продолжалъ гость.-- Вы похожи на джентльмена, а та...-- онъ прикусилъ языкъ.-- И вы живете между законниками?
-- Я живу между законниками.-- Клодъ снялъ абажуръ съ лампы. Человѣкъ былъ одѣтъ прилично. Онъ не былъ похожъ на нищаго и навѣрное желалъ что-то отъ него вывѣдать.
-- Но кто же вы сами-то?
Керью не отвѣчалъ. Онъ оглядывалъ комнату, которая говорила объ извѣстнаго рода довольствѣ: въ ней была покойная мебель, картины, нѣсколько призовыхъ серебряныхъ кубковъ и книги, груды книгъ. Были портьеры и ковры, словомъ -- все то. что дѣлаетъ комнату комфортабельной и красивой. На каминѣ стояли большіе фотографическіе портреты двухъ дѣвушекъ. Керьи узналъ одну изъ нихъ.
-- Это Марла,-- пробормоталъ онъ,-- а другая, должно быть, Меленда. Это ваши собственныя вещи?-- спросилъ онъ.
-- Разумѣется.
-- А ваша мать живетъ въ богадельнѣ?
Клодъ покраснѣлъ, но сдержалъ свою досаду.