-- Что онъ,-- тоже франтъ? Чортъ меня побери, если я что-нибудь понимаю въ этомъ.
-- Нѣтъ, онъ слесарь по ремеслу.
-- Если такъ, то я не буду ждать, что скажетъ Джо. Я изъ тѣхъ, которые льнутъ къ богатымъ; гдѣ деньги, тамъ и я, а деньги, очевидно, здѣсь. Если мы съ тобой не придемъ бъ соглашенію...
Тутъ онъ разразился потокомъ словъ, какихъ ему не позволяя говорить въ тюрьмѣ, и затѣмъ объявилъ:
-- Если мы съ тобою не придемъ къ соглашенію, то отсюда прямо я пойду въ богадельню и напугаю старуху до полу-смерти, а завтра найду Меленду и Марлу и представлюсь всѣмъ изъ друзьямъ.
Десять минутъ спустя, мистеръ Керью спускался съ лѣстницы. У него было тридцатью шиллингами больше въ карманѣ.
Ему дано было, кромѣ того, обѣщаніе, что эта сумма будетъ уплачиваться ему еженедѣльно, но съ двумя или тремя условіями. Условія, въ сущности, были тѣ же, какія ему поставила и Валентина. Онъ не долженъ былъ давать знать о своемъ существованіи и навязывать свою персону кому-нибудь изъ дѣтей, въ особенности, дочерямъ. Если онъ нарушитъ эти условія, то Клодъ торжественно завѣрялъ его, что онъ больше не получить отъ него ни пенса, а также ни отъ кого изъ его братьевъ или сестеръ.
Родитель возразилъ на это, что его единственное желаніе -- жить добродѣтельно и искупить прошлое въ глазахъ свѣта.
Клодъ можетъ ему довѣриться. Великое дѣло, когда сынъ довѣряетъ отцу, и даже въ посланіи къ коринѳянамъ сказано...
-- Довольно!-- сказалъ Клодъ.-- Вотъ вамъ тридцать шиллинговъ. Слѣдующіе я пошлю по вашему адресу, а сюда не смѣйте приходить за ними; я не желаю больше васъ видѣть.