Валентина перемѣнилась въ лицѣ.
-- Видите ли, моя красавица,-- продолжалъ онъ съ насмѣшливой гримасой:-- вашъ отецъ совсѣмъ не такъ глупъ, какъ вы думали.-- Но дѣвушка уже оправилась.
-- Дѣлайте, какъ хотите; я сказала все, что нужно.
-- Я заставлю тебя дѣлать такъ, какъ я хочу!-- отвѣчалъ онъ съ грубой бранью.-- Подавай сто фунтовъ. Это мое первое и послѣднее слово. Я не прошу больше и не возьму меньше. Я вѣдь не спрашиваю, гдѣ ты берешь фунтъ стерлинговъ въ недѣлю; по всей вѣроятности, изъ хозяйскихъ денегъ или изъ кассы. На кой чортъ мнѣ знать, откуда ты ихъ берешь!
Она стояла со сложенными руками и равнодушнымъ видомъ, какъ будто не слышала того, что онъ говорить.
-- Я могла бы сдѣлать для васъ только одно.
-- Что такое?
-- Я бы назначила вамъ извѣстную пенсію, съ тѣмъ, чтобы вы уѣхали за границу и никогда не возвращались въ Англію.
-- Какъ! оставить Лондонъ, когда я только-что сюда пріѣхалъ?
-- Да, вы должны будете оставить Англію, но я назначу вамъ хорошую пенсію.