-- Какой мужъ? Она не замужемъ.
-- О! Такъ чѣмъ же она живетъ?
-- Подите и спросите у нея самой.
Дѣвушка поглядѣла на домъ. То былъ бѣдный, жалкій домишко. Значитъ, она изъ бѣдныхъ. Чего же хочетъ отъ нея старикъ -- ея новый пріятель -- отъ этой молодой особы? Но это не ея дѣло. Конечно, чего-нибудь подлаго и низкаго, потому что, какъ она знала, всѣ ея товарищи подлы и низки. Она ушла и въ точности передала то, что видѣла.
Мистеръ Керью былъ чрезвычайно удивленъ такимъ неожиданнымъ открытіемъ. Его дочь, корчившая изъ себя такую важную птицу и разсуждавшая такъ, какъ еслибы у нея были тысячи въ карманѣ, носившая такія перчатки и ботинки, какія носятъ только барыни, живетъ въ Гокстонъ-Стритѣ, въ самомъ низкомъ и бѣдномъ кварталѣ Лондона, въ такомъ кварталѣ, гдѣ бы ему было стыдно показаться. И она жила въ одной комнатѣ, въ такихъ перчаткахъ и въ такихъ ботинкахъ? Что бы все это значило?
-- Какъ жаль, моя душа,-- сказалъ онъ,-- что ты не узнала, откуда она беретъ деньги, потому что деньги у нея есть.
-- Еслибы вы мнѣ сказали, что это вамъ нужно, и зачѣмъ нужно, то я, можетъ быть, и разузнала бы. Но вы сказали только: "найди, гдѣ она живетъ";-- ну чтожъ, я и нашла, и трактирный слуга, который сказалъ мнѣ это, чуть не откусилъ мнѣ голову за то, что я это спросила.
Что же она такое?
-- Я думаю, что она -- изъ тѣхъ, которые раздаютъ библію и хотятъ сдѣлать всѣхъ людей добродѣтельными. Они на всякія штуки поднимаются, и дѣлаются такими же хитрыми, какъ мы съ вами. Ну, вотъ, я и думаю, что эта молодая барышня! тоже въ этомъ родѣ, дяденька; а, вотъ, что вамъ отъ нея нужно,-- это бы мнѣ хотѣлось знать.
Мистеръ Керью покачалъ головой. Онъ чувствовалъ самое искреннее отвращеніе ко всѣмъ формамъ религіи, добродѣтели и нравственности, и думалъ, что это передастся его потомству. Кромѣ того, чтобы заниматься такими дѣлами, женщина должна быть настоящей барышней, а его дочка Марла была просто-напросто -- дочь прачки. Съ грустью должно сказать, что онъ вывелъ очень невыгодное для нея заключеніе, а именно, что она принадлежитъ къ тому же сорту людей, какъ и онъ самъ, и боится, чтобы ея предпріятію не помѣшало открытіе профессіи ея отца и его возвращеніе въ дѣятельности.-- Но,-- пробормотать онъ,-- сто фунтовъ я изъ нея выцарапаю.