-- Предположимъ, что дѣвушка узнаетъ и пойметъ такъ или иначе о несправедливости, какой подвергаются лондонскія рабочія женщины, о томъ, какія онѣ переносятъ страданія,-- такія страданія, понять которыя можно только, видя ихъ изо дня въ день; и предположимъ, что она великодушная и умная дѣвушка, и добрая... подумай, какъ много такая дѣвушка можетъ сдѣлать добра! Милая Берта, подумай о тѣхъ вещахъ, которыя ты сама читала и плакала надъ ними, хотя никогда ихъ хорошенько не понимала... Я говорю о страданіяхъ рабочихъ дѣвушекъ. Мы не можемъ повѣрить, что "Пѣсня о рубашкѣ" взята изъ дѣйствительности, а не страшная только фантазія. Сорокъ слишкомъ лѣтъ прошло съ тѣхъ поръ, какъ Гудъ написалъ ее, а я увѣрена, что она и теперь могла бы быть написана и ежедневно спѣта. Валентина узнаетъ это на опытѣ, и пусть она... если это нужно... сама пострадаетъ.
Утромъ она сообщила о своемъ рѣшеніи. Всѣ собрались на семейный совѣтъ, и всѣ, кромѣ лэди Мильдредъ, чувствовали себя сконфуженными. Берта -- потому, что не могла возвыситься до пониманія того, что совершалось у нея на глазахъ, и считала такой шагъ немыслимымъ для порядочной дѣвушки; Віолета -- потому что ей было стыдно самой себя и своего отвращенія къ жизни, которую Валентина собиралась раздѣлить; Клодъ -- потому, что онъ заранѣе все устроилъ, не будучи увѣренъ въ согласіи лэди Мильдредъ, и, наконецъ, Валентина -- потому, что она боялась отказа.
-- Дитя мое,-- сказала лэди Мильдредъ, беря Валентину за обѣ руки:-- обдумала ли ты серьёзно и спокойно свой планъ? Понимаешь ли ты, на что рѣшаешься!
-- О, да!-- отвѣчала Валентина.-- Клодъ мнѣ все разсказалъ, что меня ожидаетъ, и я на все согласна.
-- Если такъ, то я не откажу тебѣ, Валентина.
И, повернувшись къ Віолетѣ, она спросила:
-- А ты, мое дитя?
-- Нѣтъ,-- отвѣчала Віолета,-- я бы не могла. Мнѣ стыдно самой себя; я согласна, что я трусиха, но я бы не могла, не могла жить тамъ, даже еслибы Валентина была со мной. А одна?-- она вздрогнула.
-- Никто тебя и не принуждаетъ, моя милочка. Но разскажите мнѣ, какъ же вы предполагаете все это устроить?
Клодъ объяснилъ, что онъ нанялъ комнату -- не особенно большую и красивую, но приличную -- рядомъ съ комнатой Меленды.