-- Давно ли онъ чичеронитъ вамъ? спросилъ я м. Лиди.
-- Ахъ! съ-тѣхъ-поръ, какъ мы пріѣхали во Флоренцію, то-есть недѣли съ двѣ будетъ. Мы съ нимъ объѣздили весь городъ и всѣ окружныя виллы, сказала бѣдная дѣвушка съ непритворнымъ отчаяньемъ.
-- Не огорчайтесь много, сказалъ я, сочувствуя ея горю: -- дѣло легко поправить: бросьте вашу записную книжку въ каминъ и останьтесь еще на недѣлю во Флоренціи: повѣрьте мнѣ, она этого стоитъ.
Итакъ, любезный читатель, умоляю васъ еще разъ не брать никогда себѣ въ чичероне сервитора ди піацца; совѣтую вамъ лучше купить путеводителя по Италіи Валери или Артаріл: они не надуютъ васъ и обойдутся вамъ дешевле.
Насмотрѣвшись вдоволь на фреску и вдоволь наслушавшись болтовни хозяина-каретника, мы собрались идти домой. Хозяинъ, раскланиваясь съ нами, подмигнулъ кустоду и вышелъ изъ залы; а кустодъ вѣжливо попросилъ насъ вписать наши имена въ нарочнозаведенную для того книгу.
Мы подошли къ столу, на которомъ, подлѣ богато-переплетенной книги, стояла чернильница, а на ея подносѣ лежало нѣсколько піастровъ и золотыхъ монетъ. Эти деньги должны были свидѣтельствовать о щедрости посѣтителей, дававшихъ кустоду la buona manda, которою онъ, разумѣется, дѣлился съ хозяиномъ. Но мы съ Моллеромъ были, что называется, тертые калачи и давно знали, что эти серебряныя и золотыя деньги -- невинная хитрость, употребляемая какъ средство пристыдить посѣтителя, задумавшаго отдѣлаться скромной серебряной монетой.
Мы положили на подносъ по паоло (50 к. асс.) и подписали свои имена подъ слѣдующею подписью Флориди: "Флориды любовался фреской три часа сряду и, руководствуясь газетою La Rivista, приглашавшей всѣхъ и каждаго смотрѣть на фреску gratis, ни краціи не далъ кустоду; совѣтую и другимъ ничего ему не давать".
Въ главѣ именъ извѣстнѣйшихъ итальянскихъ и иностранныхъ художниковъ и множества посѣтителей всякаго рода мы прочли имя Леопольда II, великаго герцога тосканскаго.
Вечеромъ, въ кафе, Флориди спросилъ меня, что я думаю о фрескѣ?
-- Дивная вещь! отвѣчалъ я: -- а ты что скажешь?