-- Можетъ ли это быть? вскричалъ я.
-- А такъ-то можетъ быть, что сейчасъ вышелъ изъ галереи синьйоръ профессоре Бедзуоли {Бедзуоли, профессоръ и директоръ Флорентійской Академіи Художествъ, одинъ изъ дюжинныхъ историческихъ живописцевъ Италіи, онъ имѣетъ, однако, огромную извѣстность во Флоренціи. Онъ получилъ почетное званіе профессора за большую картину: "Торжественный въѣздъ Карла IX, короля французскаго во Флоренцію"; въ толпѣ народа, на первомъ планѣ Маккіавелли и Пьетро Каппони, бывшій тогда гойфалоньеромъ города, который однимъ словомъ, сказаннымъ Карлу, грозившему, въ случаѣ неуплаты огромной суммы, не оставить въ городѣ камня на камнѣ: "Стрѣляйте изъ вашихъ пушекъ -- а мы зазвонимъ въ наши колокола, заставимъ бѣжать вашихъ французовъ изъ Флоренціи". Эта картина ниже всякой посредственности, но выборъ сюжета не могъ не понравиться флорентійцамъ. Ея купилъ великій герцогъ за четыре тысячи піастровъ (около 20 т. ас.) и поставилъ въ одну изъ заброшенныхъ залъ своего великолѣпнаго дворца. Бедзуоли, получивъ званіе профессора, началъ торговать своею властью и извлекать изъ нея пользу: онъ выдаетъ патенты за своимъ подносомъ, съ приложеніемъ печати академіи, на подлинность картинъ; большею-частью эти картины -- произведенія безъименныхъ мастеровъ или безсовѣстныя поддѣлки, а иногда и плохія копіи съ извѣстныхъ мастеровъ, и вся эта дрянь продается неопытнымъ иностранцамъ на вѣсъ золота!} и клялся, что эта фреска писана безсмертнымъ.
"Ну, если это только синьйоръ профессоре Будзуоли говоритъ, такъ мы еще посмотримъ" подумалъ я и пошелъ къ толпѣ художниковъ, которые, оставивъ работы, съ палитрами и мужтабелями въ рукахъ, собравшись въ кучку, горячо разговаривали между собой.
Тутъ былъ и нашъ Моллеръ {Моллеръ. Онъ жилъ тогда во Флоренціи и занимался композиціей эскиза для большой картины: "Св. Іоаннъ проповѣдуетъ на островѣ Патмосѣ". Картину эту онъ пишетъ въ Римѣ. Чего не въ-правѣ ожидать отъ этого талантливаго, образованнаго, совѣстливаго художника? совѣстливаго до такой степени, что онъ два раза ѣздилъ на островъ Патмосъ, чтобъ ознакомиться съ мѣстностью и типами тамошнихъ грековъ. Занимаясь композиціей своей картины, Моллеръ ходилъ въ галерею delle Uffici, копировать съ картинъ мастеровъ возрожденія, изученіе которыхъ онъ считаетъ необходимымъ для художника, задумавшаго писать религіозный сюжетъ.}. Онъ тогда копировалъ акварелью картину Гирландайо: "Поклоненіе Волхвовъ" -- и какъ копировалъ!
-- Правда ли, господа?.. спросилъ я.
-- Какже, какже! сказало вдругъ нѣсколько голосовъ, сейчасъ Бедзуоли...
-- Плутъ Бедзуоли! отрывисто прервалъ угрюмый гравёръ Флориди {Флориди. Искусство гравированія въ Италіи не въ цвѣтущемъ состояніи: большая часть итальянскихъ граверовъ занимаются преимущественно иллюстраціями дешевыхъ изданій, а иные и вовсе покинули свое искусство и копируютъ карандашомъ или акварелью картины извѣстныхъ мастеровъ, для продажи въ альбомы иностранцамъ. Флориди принадлежитъ къ послѣднему разряду. Его копія акварелью съ портрета папы Льва X-го -- Рафаэля, считается одной изъ лучшихъ копій этого портрета и была куплена за большую цѣну герцогомъ омальскимъ.}, не переставая работать съ прелестной головы любовницы Тиціана.
-- Я сейчасъ изъ галереи палацца Питти: тамъ всѣ бросили работы и только и толку, что о новой фрескѣ, сказалъ кто-то.
-- А что говоритъ про нее Бурчи? {Бурчи, главный смотритель галереи delle Ufici, во Флоренціи. Отличный живописецъ и тонкій цѣнитель древнихъ картинъ.} спросилъ я.
-- Бурчи видѣлъ фреску и говоритъ: "надо еще посмотрѣть, надо подумать хорошенько".