Яхта бросила якорь въ Корсикѣ, въ солнечный великолѣпный, ослѣпительный день; путешественники могли наслаждаться вполнѣ прелестнымъ видомъ, представившимся глазамъ ихъ. Горы, окружающія заливъ высоки и дики. Городъ издали очень красивъ. Его холмы покрыты деревьями и кустарниками различныхъ видовъ; между-ними отличались миртовыя и фиговыя деревья.
Въ 1773 году, во-время войны французовъ съ англичанами, французскій флотъ, крейсировавшій близъ Тулона, прибылъ въ заливъ Мартелло, для исправленія нѣкоторыхъ поврежденій своихъ судовъ. Славная мартельская башня, давшая свое названіе многимъ другимъ выстроеннымъ по берегамъ Великобританіи, была тогда уже полуразрушена, но даже и въ такомъ видѣ она считалась неприступнѣе всѣхъ соименныхъ ей башень въ Англіи. Имѣя только двѣ пушки и двадцать человѣкъ гарнизона, она защищалась и даже разбила семидесяти-четырехъ-пушечный корабль "The Fortitude" и тридцати-двухъ-пушечный фрегатъ "Юнона".
Наконецъ, послѣ продолжительной осады, адмиралъ Нельсонъ завладѣлъ башнею, но не иначе, какъ предварительно и внезапно занявъ одну возвышенность, почитаемую дотолѣ недосягаемою, а потому и неприступною.
Не успѣла яхта бросить якоря, какъ на нее явились нѣсколько греческихъ и генуэзскихъ купцовъ, стоявшихъ въ Мартелло на якорѣ, въ ожиданіи попутнаго вѣтра.
Отъ нихъ узнали наши путешественники, что комендантъ Санто-Фіоренцо былъ французъ, обходительный и любезный человѣкъ и что островъ наслаждался совершеннымъ спокойствіемъ, какого не запомнятъ во все время владычества англичанъ. Лордъ Байронъ сознался при этомъ, что французы, своимъ учтивымъ и вѣжливымъ обхожденіемъ, пріобрѣтутъ довѣренность народовъ гораздо скорѣе и прочнѣе, чѣмъ англичане сыпля деньгами, и что когда французы овладѣютъ какимъ-либо мѣстомъ, они уже Могутъ быть увѣрены, что сохранятъ его безъ особенныхъ трудовъ и наблюденій,
Яхта пріобрѣла отъ гостей-купцовъ шлюбку, два якоря и четыре пушки, въ замѣнъ тѣхъ, которыя она принуждена была выбросить въ море во-время бури. Пассажиры запаслись и прочими нужными вещами, и такимъ образомъ все снова было приведено въ порядокъ, какъ будто съ яхтой и съ пассажирами ничего особеннаго и не случались.
Послѣ завтрака, составленнаго изъ молока, свѣжихъ фигъ и другихъ фруктовъ, яхта снялась съ якоря и направила путь вверхъ по заливу, чтобы войти въ маленькую гавань. У входа яхта подняла два флага, венеціанскій на кормѣ и англійскій на средней мачтѣ. Музыка ея заиграла народную пѣсню "Rule Britania" "Владычествуй Британія", яхта сдѣлала салютъ крѣпости семью выстрѣлами, и ей отвѣтили тѣмъ же числомъ выстрѣловъ. Такъ какъ принято, что крѣпости и порты отвѣчаютъ только военнымъ судамъ, то лордъ Байронъ при этомъ сдѣлалъ замѣчаніе, что похвалы купцовъ на счетъ вѣжливости коменданта не были преувеличены. Капитанъ Ф*... или, какъ называли его пассажиры, "молодой капитанъ", въ отличіе отъ старшаго капитана, Бенсона, въ полной военной формѣ, съѣхалъ на берегъ съ нашими паспортами, чтобы просить пропуска для дальнѣйшаго плаванія. Комендантъ, полковникъ Мишо, встрѣтилъ его на пристани, самъ вскочилъ къ нему въ шлюбку и вернулся съ нимъ на яхту. Полковникъ былъ среднихъ лѣтъ, высокаго роста и привлекательной наружности. Онъ изъявилъ большое удовольствіе, увидавъ знаменитаго лорда, который представилъ ему всѣхъ своихъ спутниковъ. Комендантъ засыпалъ дамъ любезностями, и привѣтствіями мужчинъ, выражая свою надежду, что они погостятъ нѣсколько времяни въ Санто-Фіоренцо, чтобы помочь женѣ его въ дѣлѣ образованія жителей. Съ этой фразой онъ обратился предпочтительно къ нашей красавицѣ-графинѣ. Дамы изъявили готовность съѣхать на берегъ тотчасъ же, и лордъ Байронъ принялъ предложеніе коменданта остановиться у него въ домѣ со всѣми своими спутниками. Сейчасъ же были сдѣланы распоряженія для перевозки на берегъ всего нужнаго, и положено было, что всѣ съѣдутъ съ яхты послѣ обѣда. Полковникъ остался, безъ лишнихъ церемоній, обѣдать на яхтѣ, и даже послалъ на берегъ за своею супругою и дочерью, и тѣмъ доставилъ истинное удовольствіе всему обществу, потому что какъ та, такъ и другая были замѣчательны своимъ милымъ, утонченнымъ обхожденіемъ, которое возвышало ихъ миловидность. Обѣдали на палубѣ. Во все продолженіе обѣда музыка гремѣла, и лордъ Байронъ распорядился, чтобы преимущественно были играны французскія арш. За дессертомъ полковникъ Мишо подчивалъ всѣхъ фруктами изъ своего сада, а графиня Гуичіоли, какъ всегда, была душею всего маленькаго общества.
Лордъ Байронъ постигъ науку быть всегда и всюду хорошо принятымъ; по прибытіи своемъ на островъ Корсику, онъ послалъ епископу золотую вазу и денежное пожертвованіе въ пользу церкви въ Сантофіорепцо. Епископъ, по имени Паскаль Паоло, изъ роду генерала того-же имени, прибылъ на яхту благороднаго лорда и предложилъ отслужить благодарственный "Te Deum" за спасеніе отъ вѣрной смерти. Окончивъ молебенъ, почтенный епископъ, бесѣдовалъ въ общей каютѣ, принимая въ разговорѣ общества дѣятельное участіе.
Послѣ кофе, комендантъ съ своимъ семействомъ распрощался съ путешественниками, до скораго свиданія.
Чтобы избѣжать стеченія толпы любопытныхъ, жадной ко всему новому, рѣшено было съѣхать съ яхты, когда совершенно стемнѣетъ. Лордъ Байронъ и друзья его ночевали на берегу въ первый разъ съ самаго отплытія своего изъ Венеціи.