Въ тотъ же день старичокъ дѣятельно занялся чѣмъ-то на антресолѣ, служившемъ ему спальнею. Онъ возился съ своими завѣтными вещами, перевязывалъ черную трубку, поправлялъ рыбачьи сапоги и снасти и обметалъ пыль съ контр-баса. Раньше обыкновеннаго онъ положилъ Библію, Псалтирь и очки на стулъ у постели Джона; потомъ, сказавъ тихо;
-- Я думаю, вы лучше бы послали за сэромъ Джошуа и за докторомъ.
Раздѣлся и легъ въ постель.
Немедленно послали за ними, и оба вскорѣ явились. Докторъ, почти такой же старикъ, какъ и паціентъ, нашелъ, что у Гэрри былъ ударъ и у него отнялась вся лѣвая сторона. Вообще, здоровье старичка было плохо. Услыхавъ, что паціентъ дурно спитъ, докторъ прописалъ ему лекарство, давъ при этомъ точное предписаніе касательно величины пріемовъ. Онъ въ то же время оставилъ стклянку съ микстурой, назначивъ изъ нея нѣсколько-большіе пріемы.
Обращаясь къ сэру Джошуа, докторъ сказалъ:
-- Надо бы немедленно снестись съ родственниками больнаго.
-- Я думаю, что у него ихъ вовсе нѣтъ, отвѣчалъ тотъ:-- а если и есть, то столь отдаленные и по родству и по мѣсту жительства, что еще вопросъ: былъ ли бы онъ доволенъ ихъ посѣщеніемъ, или нѣтъ, если и предположить, что они еще въ живыхъ.,
-- Въ этомъ не трудно удостовѣриться, отвѣчалъ докторъ и, подойдя къ постели стараго Гэрри, спросилъ у него: не желаетъ ли онъ видѣть кого изъ родственниковъ.
-- Да, да! пошлите за двоюроднымъ братомъ.
-- Пошлемъ непремѣнно, вмѣшался сэръ Джошуа;-- хотя, прибавилъ онъ шопотомъ, обращаясь къ доктору:-- онъ, какъ помнится, скончался уже года два назадъ. У старика всѣ способности рѣшительно притупились; въ эти нѣсколько недѣль все прошедшее будто изгладилось въ его памяти. Онъ говоритъ о давно-умершихъ какъ о живыхъ, о давно-минувшемъ происшествіи разсказываетъ, словно о вчерашнемъ приключеніи.