Чужехватъ. А когда у кого что свое есть, такъ ему нѣтъ нужды, знаетъ ли о томъ дворъ, или нѣтъ. Щей горшокъ, да самъ большой; а горшокъ-отъ ровно варитъ, хоть купленой, хоть краденой".
Крашенинками называются дѣти профессора Крашенинникова, составившаго извѣстное описаніе Камчатки.
Въ запискахъ Порошина подъ 29 октября 1764 года читаемъ между прочимъ:
"За столомъ разсказывалъ между прочимъ графъ Александръ Сергѣичъ (Строгановъ), что онъ читалъ въ ученомъ журналѣ, что Крашенинникова "Камчатская исторія" переведена на французскій языкъ, бывшимъ здѣсь въ свитѣ маркиза Лопиталя французомъ. Тутъ доносилъ я его высочеству о заслугахъ покойнаго профессора Крашенинникова и о достоинствѣ его исторіи; такожъ, что его дѣти теперь въ великой бѣдности, что г. Александръ Петровичъ Сумароковъ въ новой сочиненной имъ комедіи ихъ представилъ, говоря, что отецъ ѣздилъ въ Камчатное и Китайчетое государство, а дѣти ходятъ въ крашенинѣ, а потому Крашенинниковыми называются. Къ похвалѣ Александра Сергѣича сказать я долженъ, что онъ тутъ выговорилъ, что онъ весьма сожалѣетъ, что не зналъ того, что государыня недавно очень хорошо о Крашенинниковѣ при всѣхъ отзываться изволила, и что ежелибъ онъ зналъ о такомъ состояніи оставшихся сиротъ его, то бы конечно ея величеству доложилъ, и ея величество, безъ сомнѣнія, ихъ бы наградила, что впредь при случаѣ не преминетъ донести о томъ." (Мѣстомъ этимъ опредѣляется годъ написанія комедіи "Опекунъ".).
Нападеній на суесвятство, какъ у Сумарокова, такъ и у другихъ писателей XVIII столѣтія находится безчисленное множество. Чтобы понять это, мы должны помнить, что въ XVIII вѣкѣ по невѣжеству и крайней неразвитости нашего общества была въ немъ почти общепринятою та ложная мысль, что покаяніе не требуетъ внутренняго исправленія, что оно есть дѣло чисто наружное и т. п. Въ одномъ мѣстѣ "Опекуна" на замѣчаніе Состраты, что кто противу совѣсти своей не повинуется святой истинѣ, такъ тотъ суетно уповаетъ на милость Божескую, Чужехватъ отвѣчаетъ: "святая истина! Что это у тебя за святая? Ея и во святцахъ нѣтъ, такъ мы ей не молимся. А покаяніе всѣ грѣхи очищаетъ; покаюся часа за два до смерти, да въ тѣ же войду въ царство небесное ворота, въ которыя и вы: а что дожито послаще и жито, какъ хотѣлося, такъ то въ барышахъ."
Еще сцена: Пасквинъ объясняетъ Нисѣ, что когда сняли съ него крестъ, онъ очень крѣпко спадъ,-- а крѣпко спалъ потому, что не спавъ цѣлую ночь, онъ заснулъ только къ утру.
Ниса. Развѣ ты книгу читалъ.
Пасквинъ. Будто въ здѣшнемъ городѣ книги читать можно?
Ниса. А для чего же не можно.
Пасквинъ. Ради того, что здѣсь цѣлый день отъ утра до вечера пьяницы дерутъ горло, и ревутъ но улицамъ, какъ медвѣди въ лѣсу, не смотря на то, что здѣсь престольный городъ, и что этого, кромѣ Москвы и Петербурга, ни въ одномъ россійскомъ городѣ не терпятъ, да и здѣсь въ Москвѣ, лѣтъ двадцать тому назадъ, неваживалося; а другая причина, отчего слуху, а слѣдовательно и душѣ цѣлый день нѣтъ покою, что многіе хозяева въ корабельное ударилися мастерство и разрубливаютъ мерзлыя барки, хотя ихъ и пилить можно, избавляя чувство сосѣдняго слуха отъ незаслуженнаго наказанія.