-- Ай! Не могу больше! -- воскликнула она, задыхаясь.
И упала на стулъ, чувствуя, что отъ танца все вокругъ нея закружилось -- площадка, люди и самая башня Марчамалы.
-- Это отъ жары, -- сказалъ серьезно отецъ.
-- Освѣжись немножко, и все пройдетъ, -- прибавилъ Луисъ.
И онъ подалъ ей полную рюмку золотого напитка, холодомъ своимъ туманившаго стекло. Марикита пила жадно, желая возобновить въ горящемъ рту ощущеніе свѣжести. Изрѣдка она протестовала.
-- Я буду пьяна, Луисъ. Мнѣ кажется, что я уже пьяна.
-- Ну что-жъ!-- воскликнулъ сеньоръ.-- Я тоже пьянъ, и твой отецъ, и всѣ мы пьяны. На то и праздникъ. Еще рюмочку. Ну, бодрись же!
Посрединѣ круга танцовало нѣсколько дѣвушекъ и парней, съ неуклюжестью крестьянъ.
-- Это чепуха, -- крикнулъ сеньоръ.-- Долой, прочь! Эй, маэстро Орелъ, -- продолжалъ онъ, обращаясь къ музыканту.-- Настоящій балъ на закуску. Польку, вальсъ, что-нибудь, будемъ танцовать обнявшись, какъ господа.
Дѣвушки, отуманенныя виномъ, обнялись другъ съ другомъ, или упали въ объятія молодыхъ рабочихъ. Всѣ закружились подъ звуки гитары. Приказчикъ и пріятели Луиса въ тактъ стучали пустыми бутылками, или ударяли о землю палками, смѣясь, какъ дѣти.