-- Ты это насчетъ Козла!-- воскликнулъ Дюпонъ, открылъ глаза.-- Козелъ -- этотъ: онъ знаетъ про меня все. Еслибъ сюда пришелъ мой кузенъ Пабло говоритъ со мной о своихъ дѣлахъ, то Козелъ остался бы и слушалъ бы все. Говори безъ страха! Это все равно, что я!
Монтенегро рѣшилъ примириться съ присутствіемъ этого ястреба, не желая откладывать долго жданнаго объясненія.
Онъ говорилъ съ нѣкоторой робостью, маскируя свою мысли взвѣшивая слова чтобы ихъ могли понятъ только они двое, и чтобы буянъ остался въ невѣдѣніи.
Если онъ его искалъ, то Луисъ могъ уже догадаться зачѣмъ... Онъ знаетъ все. Воспоминаніе о случившемся въ послѣднюю ночь уборки винограда въ Марчамалѣ, навѣрно, не изгладилось въ его памяти. Такъ вотъ: онъ явился для того, чтобы Луисъ исправилъ сдѣланное зло. Онъ всегда считалъ его другомъ и надѣется, что онъ такъ и будетъ вести себя... потому что иначе...
Отъ усталости, нервнаго возбужденія полной волненій ночи, Ферминъ не могъ долго притворяться, и угроза слетѣла съ его губъ, засверкавъ въ то же время въ глазахъ.
Выпитое вино жгло ему желудокъ, точно превратившись въ ядъ отъ отвращенія, которое онъ испытывалъ, принимая его изъ этихъ рукъ.
Дюпонъ, слушая Монтенегро, притворялся болѣе пьянымъ, чѣмъ былъ на самомъ дѣлѣ, чтобы скрыть свое смущенье.
Угроза Фермина заставила Козла выйти изъ неподвижности. Онъ счелъ необходимымъ вмѣшаться.
-- Здѣсь никто не смѣетъ угрожать, эй вы, цыпленокъ!.. Тамъ, гдѣ Козелъ, никто не смѣетъ ничего сказать его сеньору.
Молодой человѣкъ вскочилъ въ запальчивости, усгремивъ на злобное животное взбѣшенный взглядъ.