-- Это дочь марчамальскаго приказчика идетъ поднести стрѣлу Христу.
Подталкиваемая подругами, она открывала ротъ и наклоняла голову съ горькимъ выраженіемъ Скорбящей Богоматери и ночное безмолвіе, казавшееся еще большимъ отъ возбужденія печальной церемоніей, нарушалось медленной и мелодичной жалобой этого кристальнаго голоса, оплакивавшаго трагическія сцены Страстей Господнихъ. Не разъ толпа, забывая о святости ночи, разражалась похвалами дѣвушкѣ и благословеніями, родившей ее матери.
Не меньшіе восторги вызывала Марія де-ла Луцъ и на виноградникѣ. Слушая ее, мужчины подъ навѣсомъ чувствовали себя взволнованными, и ихъ простыя души открывались передъ потокомъ поэзіи сумерокъ, въ то время какъ отдаленныя горы окрашивались закатомъ, и бѣлый Хересъ пылалъ пожаромъ, выдѣляясь на фіолетовомъ небѣ, на которомъ начинали зажигаться первыя звѣзды.
-- Оле, дѣвушка! Слава ея золотому горлышку, воспитавшей ее матери... и отцу тоже! -- говорилъ сеньоръ Ферминъ-отецъ.
И, становясь снова серьезнымъ, говорилъ крестнику тономъ профессора, возвѣщающаго міровыя истины.
-- Вотъ, это настоящее низкое пѣніе... Чистое пѣніе только въ Хересѣ. И если тебѣ будутъ говорить о севильянахъ, о малагемьяхъ, скажи, что это вздоръ. Ключъ пѣсни въ Хересѣ. Это заявляютъ всѣ ученые міра.
Когда Рафаэль окрѣпъ, насталъ конецъ этой сладкой близости. Однажды вечеромъ онъ говорилъ наединѣ съ сеньоромъ Ферминомъ. Онъ не могъ больше оставаться здѣсь, скоро придутъ виноградари, и домъ въ Марчамалѣ снова оживится, какъ маленькій городъ. Къ тому же, донъ Пабло объявилъ о своемъ намѣреніи снести старый домъ, чтобы построить замокъ, о которомъ мечталъ, какъ о прославленіи своей семьи. Какъ объяснитъ Рафаэль свое присутствіе на виноградникѣ? Позоръ для мужчины съ его силой оставаться здѣсь безъ занятія, живя на счетъ крестнаго.
Приключеніе той ночи казалось забытымъ. Онъ не боялся преслѣдованій, но рѣшилъ не возвращаться къ старой жизни.
-- Довольно одного раза, крестный; вы были правы. Это не манера зарабатывать честно хлѣбъ, и ни одна женщина не пойдетъ за парня, который изъ-за того, чтобъ принести въ домъ побольше денегъ, рискуетъ умереть плохой смертью.
Онъ не боялся, -- нѣтъ! но имѣлъ свои планы на будущее. Онъ хотѣлъ обзавестись семьей, какъ его отецъ, какъ крестный, а не проводить жизнь, скитаясь верхомъ по горамъ. Онъ поищетъ другого занятія, болѣе честнаго и спокойнаго, хотя бы и пришлось поголодать.