-- Нѣтъ, но, вѣдь, ничего, кажется, не случилось?
-- Ровно ничего,-- отвѣчалъ онъ.-- Я пріѣхалъ съ тобою повидаться, вотъ и все.
-- Какъ ты меня испугалъ,-- сказала дѣвушка. Она все еще была блѣдна.-- Зачѣмъ не предупредилъ ты меня? Что значитъ все это?
Онъ былъ такъ счастливъ смотрѣть на нее, на красивыя очертанія лица, нѣжные, робкіе, черные глаза, кудри, вившіяся вокругъ маленькихъ ушей, что почти не слушалъ ея словъ.
-- Ты совсѣмъ не перемѣнилась, Китти,-- радостно говорилъ онъ.-- Ты все та же, что и прежде, и глядѣть на тебя гораздо пріятнѣе, чѣмъ на твой портретъ. Только, отъ чего ты такая странная? Неужели ты въ самомъ дѣлѣ не рада мнѣ?
-- Конечно, рада,-- отвѣчала она, однако, не слишкомъ сердечно.-- Только не за чѣмъ было меня пугать. Почему не писалъ ты о своемъ пріѣздѣ?
-- Я хотѣлъ сдѣлать тебѣ сюрпризъ.-- Онъ не рѣшался сказать ей всю правду; къ счастью, въ этомъ не было никакой нужды. Онъ смотрѣлъ въ ея глаза и былъ совершенно доволенъ.
-- Вѣдь, это большой расходъ,-- продолжала Китти.-- Ужь не думаешь ли ты, Вилли, что очень умно сорить такъ деньгами? Я не подозрѣвала, что твои дѣла идутъ такъ хорошо.
Онъ глядѣлъ на нее съ изумленіемъ; не обиду, не досаду чувствовалъ онъ, а просто не вѣрилъ ушамъ.
-- Да ты говоришь такъ, какъ будто совсѣмъ не рада, что я пріѣхалъ. Ты вовсе не похожа на мою милую Китти.