-- Но я-то тутъ совершенно не при чемъ,-- задумчиво отвѣчалъ Фицджеральдъ.-- Я высказывалъ только то, на что постоянно обращалъ мое вниманіе Россъ. Очень желалъ бы я знать, не удастся ли мнѣ хоть теперь наживать что-нибудь литературою. Извините, пожалуйста, миссъ Четвиндъ,-- поспѣшно прибавилъ онъ, внезапно спохватившись,-- что я опять говорю съ вами о своихъ личныхъ дѣлахъ. Только мнѣ кажется, что и вы нѣсколько заинтересованы въ этомъ случаѣ.
-- Я?-- спросила дѣвушка, слегка вздрогнувъ.
-- По крайней мѣрѣ, до извѣстной степени,-- продолжалъ онъ.-- Мнѣ хотѣлось бы скорѣе вернуться въ Лондонъ...
-- О! какъ я рада!-- воскликнула она съ искреннимъ удовольствіемъ.
-- Если мои дѣла пойдутъ хорошо, вы позволите мнѣ, конечно, пожертвовать что-нибудь въ пользу вашихъ бѣдныхъ.
Она засмѣялась, очевидно, не надѣясь, чтобы онъ такъ скоро разбогатѣлъ.
-- Что же вы мнѣ дадите?-- спросила она, пока онъ отворялъ калитку.
-- Если ваша тетушка позволитъ...
-- Моя тетушка? Да ей-то что за дѣло?
-- О, это до нея касается въ значительной степени,-- продолжалъ онъ, идя по дорожкѣ въ дому.-- Если она будетъ согласна, я думаю, что мое пожертвованіе должно будетъ состоять...