-- Но что начну я съ нимъ?-- сказалъ онъ, совершенно растерявшись.
Они дошли до угла аллеи и домъ былъ у нихъ въ виду. Мэри мелькомъ взглянула на Фицджеральда.
-- Это ужь не мое дѣло,-- медленно произнесла она.-- Только мнѣ кажется, что если вы примете предложеніе тети, вы будете въ состояніи принести пользу многимъ, многимъ людямъ.
Онъ не успѣлъ спросить у нея объясненій; оставалось слишкомъ мало времени до обѣда. Странныя мысли шевельнулись у него въ головѣ. Если нѣкоторыя вещи теперь невозможны для него, за то не доступны ли ему другія? Развѣ для счастья человѣка такъ необходимо, чтобы жизнь его увѣнчивалась непремѣнно любовью или честолюбіемъ? Вотъ посмотрите на Мэри: ея существованіе кажется ей цѣннымъ потому, что оно полезно для другихъ. Философія миссъ Четвиндъ, если не отличается, быть можетъ, большой глубиною, за то очень практична: "Мы пользуемся всѣмъ, что насъ окружаетъ,-- говоритъ она,-- только потому, что другіе, хорошіе люди сдѣлали для общаго блага все, что могли. Будемъ же и мы поступать такъ". Трудно представить себѣ человѣка счастливѣе ея, но ея довольство происходитъ только отъ того, что она нашла себѣ дѣятельность по вкусу. Если же женщина съумѣла избрать такой образъ жизни, который освѣщаетъ для нея весь міръ и дѣлаетъ его милымъ, не слѣдуетъ ли вникнуть внимательнѣе, въ чемъ же собственно заключается ея тайна?
Не успѣли они сѣсть къ столу, какъ мистриссъ Четвиндъ начала развивать передъ нимъ свои планы; говорила она какъ будто весело, но подъ этой личиной она хотѣла скрыть свое волненіе.
-- Мы сейчасъ побранились съ Мэри изъ-за васъ,-- сказала она.
-- Очень жалѣю объ этомъ,-- отвѣчалъ молодой человѣкъ,-- хотя мнѣ и кажется, что никакой серьезной бѣды не произошло.
-- Нужно вамъ сказать, что мы съ Мэри создали цѣлый планъ для вашей будущей карьеры; конечно, дѣло не обошлось безъ разногласій. Время теперь самое подходящее: вы какъ будто начинаете новую жизнь...
-- Я?-- испуганно спросилъ онъ. (Неужели она догадалась о страшномъ кризисѣ, недавно имъ пережитомъ?)
-- Да; всѣ теперь только и толкуютъ, что о новомъ писателѣ. Когда вы вернетесь въ Лондонъ, вы будете совсѣмъ другимъ человѣкомъ. Не могу же я ожидать, что вы, попрежнему, будете ходить къ бѣдной слѣпой старухѣ и читать ей уголовную хронику.