Однако, безъ случайностей дѣло никогда не обходится. Въ одинъ прекрасный вечеръ, вскорѣ послѣ своего возвращенія изъ деревни, Мэри назначила въ упомянутомъ уже маленькомъ театрѣ собраніе, на которомъ желала съ помощью волшебнаго фонаря показать своимъ слушателямъ нѣсколько, портретовъ знаменитыхъ англичанъ, сопровождая это необходимыми объясненіями. Фицджеральдъ присутствовалъ обыкновенно на этихъ сборищахъ, готовый всѣми средствами поддерживать порядокъ, хотя надо сказать, что въ присутствіи Мэри аудиторія держала себя всегда безупречно. На этотъ разъ онъ прибылъ въ театръ лишь въ срединѣ лекціи и, проскользнувъ незамѣтно въ темный уголокъ партера, началъ наблюдать.

Миссъ Четвиндъ держала себя съ большимъ самообладаніемъ, и видно было, что она совершенно свыклась съ своими слушателями. Говорила она съ ними очень просто, пока дѣлала приготовленія, необходимыя для опытовъ; иногда подходила даже къ самой рампѣ, чтобы прямо обращаться къ аудиторіи.

-- Послушайте,-- начала она, наклоняясь надъ столомъ, чтобы взять нужную ей пластинку,-- я увѣрена, что многіе изъ васъ читаютъ Газету Джонса?

Газета Джонса была самымъ дряннымъ мѣстнымъ листкомъ, производившимъ большую смуту среди бѣднаго населенія столицы. Публика, ожидавшая, быть можетъ, увидать портретъ самого великаго Джонса, затопала ногами. Тогда Мэри встала и съ изумленіемъ посмотрѣла на слушателей.

-- О!-- сказала она,-- такъ вотъ какое чтеніе вамъ нравится? Надѣюсь, что нѣтъ. Быть можетъ, нѣкоторые изъ васъ думаютъ, что, если мистеръ Джонсъ обличаетъ правительство или утверждаетъ, что оно должно бы дѣйствовать такъ, а не иначе, самъ онъ, слѣдовательно, съумѣетъ править искуснѣе. Неужели онъ болѣе способенъ руководить страною или болѣе честенъ, чѣмъ люди, которые всю жизнь готовились къ этой дѣятельности и приняли на себя не мало тяжкаго труда? Посудите сами, что онъ за человѣкъ. Уже два раза судился онъ за пьянство и былъ оштрафованъ. Можетъ ли человѣкъ, такъ относящійся къ своимъ собственнымъ дѣламъ, руководить цѣлымъ государствомъ?

Этотъ аргументъ, быть можетъ, нѣсколько безцеремонный и, пожалуй, даже рискованный, былъ во всякомъ случаѣ весьма удобопонятенъ.

-- Н-нѣтъ,-- раздался общій отвѣть.

-- Теперь посмотрите сюда; я покажу вамъ портретъ одного изъ замѣчательнѣйшихъ дѣятелей консервативной партіи, человѣка талантливаго и честнаго. Быть можетъ, я сама -- не консерваторъ, но это сюда не относится. Я желала бы убѣдить васъ въ томъ, что люди, руководящіе англійскою политикою, къ какой бы партіи они ни принадлежали, дѣйствуютъ для общаго блага по своему крайнему убѣжденію. Не вѣрьте, будто богатые украли у васъ деньги; въ большинствѣ случаевъ состояніе ихъ нажито благодаря тому, что ихъ отцы и дѣды были люди трезвые, трудолюбивые и способные. Сохраненіе порядка и законности необходимо для всѣхъ. Еслибъ не порядокъ, могли ли бы ваши матери, жены и сестры безбоязненно ходить по улицамъ поздно вечеромъ и закупать, что имъ нужно? Только законъ охраняетъ ихъ отъ грабежа. Не смотрите же на блюстителей порядка, какъ на своихъ личныхъ враговъ, а помогайте имъ лучше поймать вора или обуздать пьяную ватагу, толкающую женщинъ и безпокоящую мирныхъ обывателей.

Миссъ Четвиндъ вставила пластинку въ волшебный фонарь; человѣкъ, находившійся за кулисами, спустилъ газъ и, когда на полотнѣ появился большой, раскрашенный, портретъ великаго государственнаго дѣятеля, онъ былъ встрѣченъ ропотомъ одобренія, несмотря на всѣ тирады Газеты Джонса. Въ эту минуту случилось совершенно неожиданное происшествіе. Одинъ изъ присутствующихъ, случайно перенеся взоръ съ яркаго свѣтоваго круга на полотнѣ въ сторону кулисъ, замѣтилъ огонь на краю занавѣса и въ ту же минуту, не успѣвъ хорошенько опомниться, громко закричалъ: "пожаръ". На секунду въ залѣ воцарилось гробовое молчаніе; потомъ всѣ оглянулись и, увидавъ огонь надъ своими головами, пришли въ страшное смятеніе. Фицджеральдъ вскочилъ и громкимъ голосомъ приказалъ всѣмъ сѣсть; но съ такимъ же успѣхомъ обратился бы онъ къ взволнованному морю. Не слышно было ни криковъ, ни воплей,-- въ залѣ не было ни одной женщины,-- но всѣ старались какъ можно скорѣе пробраться къ дверямъ, и отъ этого началась ужаснѣйшая давка. Протиснуться не было никакой возможности. Тогда толпа внезапно обернулась и черезъ мгновенье хлынула, чтобы взять приступомъ сцену. Фицджеральдъ схватилъ перваго попавшагося бѣглеца и силою приковалъ его къ мѣсту.

-- Садись, безумецъ, опасности никакой нѣтъ!-- закричалъ онъ. Но никто не слушалъ его; всѣ разомъ бросились къ сценѣ и вскочили на нее. Увидавъ это, Фицджеральдъ кинулся туда же, растолкалъ толпу и бросился къ Мэри, стоявшей неподвижно, съ испуганнымъ лицомъ. Она не глядѣла на пламя надъ своей, головой, и не спускала глазъ съ надвигавшагося народа, который стремился къ узкому проходу за сценою. Фицджеральдъ схватилъ ея руку и крѣпко сжалъ въ своей.