-- Помню ли я? Да развѣ я могу забыть когда-нибудь эту страшную ночь, въ которую я отдала при лунномъ свѣтѣ свою душу нечистой силѣ?-- отвѣчала Китти.
Она, все-таки, съиграла эту пѣсню, очень мило и нѣжно, а за нею еще много другихъ, переходя отъ мотива къ мотиву; слушая, онъ снова переживалъ мысленно прекрасныя утра, ясные дни и тихія сумерки, такъ счастливо проведенныя ими вмѣстѣ. Она хорошо знала, что какъ ни безхитростны показались бы эти пѣсни другимъ, для него онѣ были прекрасны. Что бы она ни играла, во всѣхъ пѣсняхъ слышалось имъ одно: воспоминанія о морѣ, объ Айнишинѣ и о минувшихъ радостныхъ дняхъ. Весь остальной міръ исчезъ. Еслибъ только не угрожало имъ завтра безжалостное, мрачное утро, обширное сырое море и неизбѣжное разставанье!
Но минута разлуки, все-таки, настала, тамъ за воротами, подъ усѣяннымъ звѣздами небомъ. Китти плакала. Зачѣмъ только пріѣхалъ онъ на одинъ день, чтобы ей снова пришлось переживать все горе разлуки? Онъ тихо журилъ ее. Развѣ они не провели вмѣстѣ прекраснаго, счастливаго дня, о которомъ будутъ вспоминать потомъ долгіе годы? Развѣ это не счастье, что онъ держитъ ея маленькія, теплыя ручки, слышитъ ея мягкій и нѣжный голосокъ? Быть можетъ, Китти вовсе даже и не желала его видѣть? "О да, да,-- бормотала она, прижимая его къ себѣ.-- Пріѣзжай какъ можно чаще,-- вотъ все, что мнѣ надо. Это, право, не много, другіе люди имѣютъ все, что желаютъ, и вовсе не такъ благодарны, какъ была бы я на ихъ мѣстѣ. Неужели ты въ самомъ дѣлѣ долженъ ѣхать?"
Долго еще тянулось прощанье; и даже тогда, когда Фицджеральдъ уже исчезъ во мракѣ ночи, она все еще стояла у воротъ, тщетно силясь осушить глаза, прежде чѣмъ возвратиться домой, и все время недоумѣвая, почему судьба такъ жестока къ инымъ и такъ балуетъ другихъ.
Глава VIII.
Снова въ Лондонѣ.
Наступилъ, наконецъ, роковой день выхода перваго нумера новаго журнала, и Фицджеральдъ радъ былъ возможности вздохнуть свободнѣе. Въ теченіе послѣднихъ двухъ, трехъ недѣль работа его была дѣйствительно утомительна. Его сдѣлали чѣмъ-то вродѣ фактотума и какъ бы возложили на него отвѣтственность за все, что бы ни случилось.
-- Мистеръ Фицджеральдъ,-- говорилъ совершенно растерявшійся Ирпъ, принося ему корректуру статьи самого редактора,-- прочтите, пожалуйста, эту фразу: "отвратительныя снадобья, которыя постоянно изобрѣтаются и распространяются среди публики подъ именемъ шипучихъ напитковъ"...
-- Ну, такъ что-жь?-- спрашивалъ Фицджеральдъ.-- Въ чемъ же тутъ бѣда?
-- Да, по крайней мѣрѣ, пятнадцать различнымъ фирмъ прислали намъ публикаціи о своихъ шипучихъ напиткахъ и минеральныхъ водахъ,-- въ отчаяніи воскликнулъ агентъ.