-- Понимаю!-- воскликнулъ Клеркъ, вставая отъ стола.-- Вы заботитесь о публикаціяхъ?-- Онъ засмѣялся, положилъ руку на плечо Фицджеральда и вышелъ съ нимъ вмѣстѣ.-- Смотрите же, Фицджеральдъ, не забывайте этихъ замѣчаній. Ихъ можно бы назвать правилами для редакторовъ газетъ. "Поддерживайте церковь и государство, а въ августѣ не напоминайте торговцамъ, что Лондонъ пустѣетъ".
-- Мы могли бы отпечатать эти правила и вывѣсить ихъ въ редакціи, какъ руководство для сотрудниковъ,-- отвѣчалъ его товарищъ.
Они вернулись въ городъ, повидимому, очень довольные собою и перспективою, открывавшеюся передъ новымъ журналомъ Когда поѣздъ приближался къ Чэрингъ-Кроссу, случилось нѣчто такое, что должно было еще усилить въ умѣ Фицджеральда благопріятное впечатлѣніе вечера.
-- Вы, конечно, возьмете кэбъ, Фицджеральдъ,-- случайно спросилъ его Гильтонъ-Клеркъ.
-- Нѣтъ, я пойду пѣшкомъ.
-- Пѣшкомъ? До Фольгема?
-- По крайней мѣрѣ, до Фольгемской дороги.
Неизвѣстно, догадался или нѣтъ Гильтонъ-Клеркъ изъ этого отвѣта о состояніи финансовъ Фицджеральда, только нѣсколько времени спустя онъ сказалъ, повидимому, безъ всякой зарей мысли:
-- Кстати, я совершенно забылъ, что вы ничего не получили еще изъ редакціонной сокровищницѣ. Виновата въ этомъ только моя забывчивость. Зачѣмъ же вы не напомнили мнѣ?
-- О, это ничего!-- поспѣшно сказалъ Фецджеральдъ, безконечно довольный тѣмъ, что ему не придется напоминать Клеркх о деньгахъ.