-- Это грабежъ, заранѣе обдуманный грабежъ!-- кричалъ Скобелль.-- Съ вами Клеркъ поступилъ такъ же, какъ и со мной. Не болѣе трехъ недѣль тому назадъ онъ выманилъ у меня еще добавочныхъ сто фунтовъ. Онъ отъявленный мошенникъ. Никогда не интересовался онъ журналомъ, не трудился для него, а придумалъ все дѣло только для того, чтобы воспользоваться моими деньгами.
-- Нѣтъ, это не вѣрно, мистеръ Скобелль,-- рѣзко отвѣчалъ Фицджеральдъ.-- Я часто говорилъ съ нимъ о журналѣ и знаю, какъ онъ смотрѣлъ на него. Онъ надѣялся, что это будетъ очень выгоднымъ предпріятіемъ, и думалъ, что, подавъ вамъ такую блестящую мысль, онъ имѣетъ право получать за это хорошее вознагражденіе, не обременяя себя, вмѣстѣ съ тѣмъ, работою. Человѣкъ онъ избалованный и отказывать себѣ ни въ чемъ не можетъ. Если мы съ вами и потеряли деньги, то вамъ, конечно, легче перевести это лишеніе, чѣмъ мнѣ; однако, все-таки, не за чѣмъ дѣлать изъ-за этого неосновательныя предположенія. Тутъ не было никакого заранѣе обдуманнаго плана; Клеркъ просто очень скоро разочаровался въ журналѣ и не имѣлъ охоты трудиться для него.
-- Однако, вы относитесь къ дѣлу весьма спокойно,-- замѣтилъ Скобелль съ оттѣнкомъ досады въ голосѣ.-- Вѣдь, вы, все-таки, лишились отъ шестидесяти до семидесяти фунтовъ.
-- Только не о нихъ думаю я въ настоящую минуту,-- отвѣчалъ молодой человѣкъ. Мнѣ самого Клерка жаль.
Скобелль остался, тѣмъ не менѣе, при своемъ намѣреніи закрыть журналъ, но прислалъ, однако, Фицджеральду, въ видѣ утѣшенія, чекъ на двадцать пять фунтовъ. Такимъ образомъ, оказалось, что мистеръ Вилли работалъ почти даромъ въ теченіе четырехъ или пяти мѣсяцевъ. Денегъ у него было теперь въ карманѣ гораздо меньше, чѣмъ въ день его прибытія въ Лондонъ, и, кромѣ того, онъ лишился еще человѣка, сочувствіе и совѣтъ котораго были ему дороги. Однако, онъ не очень растерялся. Другимъ людямъ, разсуждалъ онъ, жилось еще хуже, чѣмъ ему; долговъ у него не было, такъ какъ, тотчасъ же по полученіи денегъ отъ Скобелля, онъ поспѣшилъ расплатиться съ Россомъ; довольствовался онъ немногимъ, а когда его угнетали заботы, умѣлъ весь погружаться въ чтеніе хорошей пьесы или поэмы и совершенно забывалъ тогда, что ночь морозна или что ему придется лечь спать безъ ужина. Отъ Китти онъ получилъ послѣ катастрофы письмо, полное одобренія и надеждъ, и въ этотъ вечеръ Лондонъ показался ему далеко не такъ привлекательнымъ, какъ прежде. Въ Сентъ-Джемсъ-голлѣ былъ какъ разъ назначенъ концертъ изъ ирландскихъ балладъ, и письмо Китти привело его въ такое радостное настроеніе духа, что онъ тутъ же порѣшилъ отправиться въ этотъ концертъ, взять дешевый билетъ и, сидя гдѣ-нибудь въ углу, послушать, поетъ ли кто-нибудь ирландскія пѣсни такъ хорошо, какъ его Китти.
Глава XII.
Непредвидѣнная помощь.
Два дня послѣ объявленія о закрытіи Семейнаго журнала Фицджеральдъ сидѣлъ одинъ въ своей неуютной комнатѣ. Утро было ясное и холодное; морозъ разливался въ воздухѣ, но солнце, озарявшее узкій дворъ, все-таки, глядѣло привѣтливо, хотя и освѣщало уже обнаженныя деревья. Эти первые приступы зимы расположили мистера Вилли въ мечтательности. Картины прошлаго рисовались передъ его воображеніемъ, и мысль его улетѣла далеко отъ Фольгэмской дороги, какъ вдругъ на лѣстницѣ раздались чьи-то тяжелые шаги.
-- Это, вѣрно, Россъ возвращается домой,-- подумалъ Фицджеральдъ.
Но когда въ отвѣтъ на сильный стукъ въ дверь онъ отворилъ ее, передъ нимъ стоялъ не другъ его, художникъ, а Скобелль въ лаковыхъ сапогахъ, перчаткахъ и съ тросточкой въ рукѣ.