По воскресеньям приходит племянник барыни, кадет Миша, уже на выходе. У него смешной нос, вроде как у собак, с раздвоением между ноздрями, зато щеки румяные, курчавые каштановые волосы и светло-карие глаза. Они у него загораются каждый раз, как Полина около него...
Во второй же приход кадета, он всунул ей в руку записочку... Не могла же она не прочесть ее!..
В записочке стоило:
"Душечка Полиночка, вы не знаете, что вы для меня. Пожалуйста, отпроситесь хоть один раз, в те дни, когда я прихожу к тете; но с утра, чтобы не возбудить подозрения".
Записочку Полина нашла дерзкой... Как мог этот "мальчишка" сейчас же просить у нее любовного свидания?.. Надо бы было хорошенько проучить его, показать записку его тетке.
Но это сейчас же показалось ей "неблагородным"... К чему вмешивать господ? Она и сама сумеет справиться с кадетиком, "осадить" его, так что он будет знать, с кем имеет дело. Однако, Полина, ложась спать в тот же день, перечла еще раз записочку Миши, и слова: "вы не знаете, что вы для меня", вызвали на ее пухленьких губах усмешку. Слово "что" было подчеркнуто, и это заинтересовало ее... Ведь он не мальчуган, у него усы пробиваются, он барин и, кажется, богатеньких родителей.
Ведь если он сразу влюбился в нее, разве можно на это сердиться?
Но все-таки надо ему было показать, что она видит его насквозь, и самой не заговаривать.
В следующее воскресенье Полина нарочно не отпрашивалась и была неотлучно при детях. Миша пришел в детскую, поздоровался с нею, детей начал сажать к себе на колени, вскакивал, подбегал к ней, хотел было делать ей намеки, потом не выдержал, стал всячески к ней подслуживаться... Но она сухо с ним обращалась и глазами раза два ему показала, что за его дерзость следовало бы ему уши надрать.
Кадет это понял, и начал даже краснеть, опускать глаза... Полину очень смешило и еще больше льстило ее самолюбию такое волнение.