Да и какой в нем "интерес"?
Денег у него нет, в офицеры -- еще когда-то выпустят; Адам из него ничего не извлечет. Надо его бросить. Она к нему и не имела никогда склонности.
И все-таки Полина заикнулась Адаму о кадете. Он на нее прикрикнул:
-- Дура ты! Дура! И больше ничего! Когда они теперь в наших руках, а ты хочешь им опять все козыри в руки отдать!..
И она себя самое дурой назвала.
Ведь ясное дело, что теперь надо добиться "отступного", выставляя себя жертвой соблазна... Что бы там ни говорил кадет, как бы ни запирался, а письма налицо.
До разбирательства оставалось только три дня. Адам зашел к ней, утром, отправляясь в магазин; она еще лежала в постели.
-- Что валяешься? -- дал он на нее окрик.
В руках у него была пачка писем и записок кадета.
-- Я сейчас! -- всполошилась она.