-- Но Поль не духовный, а парикмахеръ?-- замѣтила я.

Она звоню разсмѣялась.

-- Поль позднѣе сталъ обучаться парикмахерству. Онъ терпѣть не могъ грамоты. Музыку любилъ до страсти. Духовные отцы сейчасъ и поставили его въ хоръ. И такой онъ былъ хорошенькій, въ красненькомъ платьицѣ; и голосокъ его звенитъ, звенитъ, бывало, какъ колокольчикъ... Программа обученія для всѣхъ школъ одинакова, и у Шарля, и у Поля. Разумѣется, въ духовной "братья" обучаютъ религіи; ну, а въ свѣтскихъ -- laïque -- религію оставляютъ въ сторонѣ. Это уже дѣло родителей. Вы -- иностранка -- не повѣрите: у васъ, въ провинціи, есть много завзятыхъ безбожниковъ, а дѣтей своихъ, въ особенности дѣвочекъ, они отдаютъ въ духовныя школы, къ "сестрамъ", въ монастыри. C'est pins distingué. Также вы не найдете ни единой души, которая бы n'aurait pas fait sa première communion. Всѣ, и мальчики, и дѣвочки, всѣ получаютъ первое причащеніе. Дѣвочки въ двѣнадцать лѣтъ, мальчики -- въ четырнадцать. У родителей-безбожниковъ, какъ и у практикующихъ католиковъ, это -- великій семейный праздникъ. На него приглашаютъ родныхъ, знакомыхъ, шьютъ новыя платья. Поль тогда бываетъ очень занятъ: съ вечера завиваетъ маленькихъ, утромъ причесываетъ большихъ. Ему вздохнуть некогда въ маѣ. Май -- мѣсяцъ пресвятой Дѣвы Маріи. Въ маѣ и причащаются. Ну, а тамъ, какъ у французовъ-сектантовъ, жидовъ или фланмасоновъ или какихъ другихъ схизматиковъ -- не знаю. У насъ, въ нашемъ департаментѣ, всѣ маленькіе причащаются,-- хотя и учатся въ écoles-laïques, а причащаются всѣ.

-- Разскажите вы мнѣ, пожалуйста, что знаете про сельскихъ учительницъ?

-- Ничего не знаю. Вѣдь сколько постояльцевъ перебывало въ моемъ домикѣ и -- ни одной сельской учительницы!-- съ сожалѣніемъ отвѣтила она.

Мое же знакомство съ сельской учительницей во Франціи было, до тѣхъ поръ, черезъ сцену и книжку. Въ театрѣ (въ Михайловскомъ) я видѣла пьесу Бріё: "Blanchette" -- дѣвушка, получившая дипломъ учительницы, не у дѣлъ; въ Парижѣ я ни.дѣда пьесу академика Лавдана "Le Vieux Marcheur", своего рода "На порогѣ къ дѣлу", ужасно скабрёзная сатира на учительницу съ высшимъ дипломомъ. Еще видѣла въ театрѣ Антуана" "La Clairière" Мориса Донн е и Дек а ва -- послѣдствія карьеры сельской учительницы. Пьеса соціальная, безпощадная {Гораздо позднѣе, въ Парижѣ, въ театрѣ "Rennaissance" шла пьеса Жюльяна, "L'Ecolière". Этой пьесы я не видала.}. Читала я "Claudine à l'Ecole", Willy, дневникъ ученицы. "Чтеніе не для юношества6, говоритъ и самъ авторъ въ предисловіи. Прочла также "Les Passionnés" Peyrbrune (псевдонимъ женщины-писательницы). Эти сценическія и повѣствовательныя изображенія представили мнѣ сельскую учительницу такой порочной, или въ тискахъ такого ужаснаго разврата, что я никакъ не могла повѣрить, чтобы все такъ происходило въ жизни, хотя бы и половину откинуть въ зачетъ сатиры нравовъ. Живя на водахъ въ Виши, я искала новыхъ книгъ, пьесъ, статей; обращалась къ начитаннымъ книгопродавцамъ. Кромѣ вышеприведенной литературы, они ничего не могли мнѣ указать, да еще одного разсказа, довольно сентиментальнаго, напечатаннаго въ фельетонахъ газеты "Siècle" (октябрь, 1900 г.): "Ecole Villageoise", par Doléac {Съ годъ тому назадъ вышла очень интересная книжка: "Les Sevriennes", par m-me Reval, Въ видѣ романа описаны парижскіе высшіе женскіе курсы. Заведеніе закрытое. Оно помѣщается близъ Парижа, въ Севрѣ.}.

Здѣсь и не могу не повторить того, что уже не ражъ говорила въ печати о француеской трудовой женщинѣ: я ѣзжу во Францію давно; живу среди людей достатка скромнаго; и я всегда удивляюсь, какъ французская женщина много работаетъ и какъ она мало требовательна! Какъ жизнь ея скудна, монотонна! Надо "знать, видѣть француженку: хозяйку ли плохонькаго магазина, конторщицу ли, лавочницу, городскую ли учительницу -- видѣть ее въ отдаленныхъ кварталахъ Парижа или въ провинція, видѣть каждый день въ ея обстановкѣ, чтобы повѣрить, что можетъ такъ жить француженка. Только именно французскій bon-sens, умъ, гибкость натуры, экономія (отъ страха быть выброшенной на улицу),-- а не скаредность,-- спасаютъ француженку отъ полной апатіи, когда молодость прошла, а впереди -- убогая старость, одиночество и смерть... И вотъ, рядомъ со всѣми видѣнными мною женщинами, я не могла представить себѣ французскую сельскую учительницу именно такой, какою мнѣ описывали ее театръ и книжка. Я захотѣла увидѣть ее сама, въ дѣйствительной жизни, на мѣстѣ, среди ея занятій. Здоровье не позволяло мнѣ разъѣзжать по отдаленнымъ деревнямъ. Я должна была ограничиться нѣсколькими -- поближе.

Тутъ, какъ и въ другихъ моихъ экскурсіяхъ за границей, помогли мнѣ сперва мѣстный докторъ и хозяйка меблированныхъ комнатъ, гдѣ я жила. Докторъ адресовалъ меня въ одной изъ сельскихъ учительницъ этого же округа.

-- M-lle Belval,-- сказалъ онъ:-- около двадцать пяти лѣтъ занимается педагогіей въ деревенскихъ школахъ. Она вамъ разскажетъ, что васъ интересуетъ, и направитъ, куда слѣдуетъ. Она -- здѣшняя уроженка; ея отецъ былъ сторожемъ за водахъ, т.-е. просто солдатъ, и вся семья ея изъ народа.

-- Это-то мнѣ и нужно! Вы говорили,-- напомнила я доктору вашъ разговоръ по поводу моихъ экскурсій въ школы,-- что во Франція среди сельскихъ учительницъ не встрѣчается иныхъ, кромѣ какъ изъ народа?