-- Знамо, соборъ.-- Оба они, точно по командѣ, сняли шапки и стали креститься на храмъ.-- Што, каковъ?-- спросилъ онъ Петра.
-- Хорошъ, говорить нечего!
-- То-то!... Ты вотъ чему подивись: нашъ братъ-мужикъ строилъ {Исторически вѣрно.}.
-- Ну?!
-- Вѣрно тебѣ сказываю! У попа спрашивалъ,-- самъ не повѣрилъ сначалу-то.
Черезъ нѣсколько минутъ, минуя Кутумъ { Кутумъ -- узкій рукавъ Волги, когда-то водный и проточный, но въ послѣднее время пересыхающей въ городѣ.}, тѣсно набитый мелкими судами и ловецкими лодками, мимо малыхъ Исадъ { Исады -- рынокъ пищевыхъ продуктовъ. Въ Астрахани издавна существуютъ Большія и Малыя Ис а ды. Однѣ -- на Кутумѣ, другія -- на берегу Волги. Въ настоящее время, по увеличеніи населенія города, существуютъ и другіе рынки.} и живорыбныхъ садковъ, пароходъ, оставивъ баржи на якоряхъ, на стрежнѣ, самъ подошелъ къ пристани. Пассажировъ баржи,-- разумѣется, сверхштатныхъ,-- какъ контрабанду, перевезли на берегъ въ лодкѣ. Простой земляной валъ, въ случаѣ половодья якобы оберегавшій городъ отъ потопленія, и нѣкоторыя пароходныя пристани буквально чернѣли народомъ. Гулъ и гамъ стояли невообразимые. Нѣкоторые пароходы уходили, нѣкоторые только-что пришли. Съ пристаней и на пристани, устроенныя на большихъ баржахъ, на плаву, валили массы народа и таскали багажъ, дрова на пароходы, разводившіе пары. Возгласы торговцевъ и, въ особенности, голосистыхъ бабъ, торговокъ неприхотливыми съѣстными припасами, вырывались изъ общаго гула, точно голоса солистовъ изъ хора. Передъ глазами мелькали веселыя, грустныя, озабоченныя и безпечныя лица: одни встрѣчались, другіе разставались; одни бѣгали какъ угорѣлые, другіе торчали на пути, разиня ротъ, Богъ вѣсть зачѣмъ. Степана и Петра тоже заинтересовала эта кипучая дѣятельность, которая исполняла свое назначеніе и достигала цѣли, хотя профану казалась только безсмысленнымъ хаосомъ и чортовскимъ безпорядкомъ, въ которомъ одинъ мѣшалъ другому.
-- Ну, куда же мы теперь?-- обратился Петръ къ товарищу, вдоволь наглазѣвшись на окружавшую суматоху и отваливавшій пароходъ.
-- А вотъ пойдемъ берегомъ-то, потолкаемся,-- тутъ недалечко народъ наймаютъ {Такъ-называемая паршивая биржа на Носѣ, гдѣ сходятся рыбные торговцы и маклера подъ открытымъ небомъ, чтобы, по обычаю, скорѣе разойтись по сосѣднимъ трактирамъ. Пробовали было устроить биржевыя собранія въ гостиницѣ, даже вчернѣ выстроили зданіе биржи, но видно она Брехуновымъ и Смолокуровымъ не нужна, потому что до сихъ поръ стоитъ не отдѣльной.}. Може и на нашу долю хозяина Богъ пошлетъ.
-- Ну, ты какъ знаешь, а мое дѣло иное -- оглядѣться спервоначала надо, развѣдать, што и какъ. Ты -- человѣкъ бывалый, и я работы здѣшней не знаю. Вотъ еслибы по торговой части -- такое дѣло. Фатерку поглядѣть бы гдѣ?
-- Пожди малость, все укажу.