-- Сволочь, -- право, сволочь! И вѣсы съ собою возитъ... Жидовская душа!... Съ грани-то?... Отпусти тебя!... Какже, сейчасъ. Мало за васъ, за лѣшихъ, достается намъ!... Пусть смотритель разбираетъ.
Не мало казакъ отмаливался, просилъ и чаемъ, и водкой, пробовалъ и поторговаться, но ничего не дѣйствовало. Можно было предположить, что разъѣздной и безъ угощеній надѣялся добраться до водки или разсчитывалъ за болѣе солидный выкупъ, нежели ему сулилъ разсчетливый казакъ, только онъ, повидимому, и подъ ладъ не давался.
-- Кузьмичъ, бери якорь-то отъ него на корму!... Нечего тутъ!... На Забурунье { Забурунье. Ихъ три; большое, среднее и малое. Вслѣдствіе прорановъ, отдѣляющихъ ихъ отъ материка (кряжа), они принимаются за острова. Всѣ вмѣстѣ составляли прежде владѣнія Юсупова и на среднемъ была, да и до сихъ поръ есть, его ватага.} пойдемъ...
Лодка разъѣзднаго тронулась, запрягла акерный канатъ казачьей и потащила ее по вестъ-зюйдъ-весту.
-- Эй ты, какого рожна ротъ-то разинулъ? Ставь парусъ!... Вишь, вѣтеръ-то! До завтра што-ль идти. "Жараза" { Жараза -- зараза. Такъ дразнятъ казаковъ за выговоръ ихъ собственнымъ обычнымъ восклицаніемъ.}!-- передразнилъ онъ казака.
Парусъ поставили и лодки пошли дружнѣе. Съ задней время отъ времени повторялись оправданія и просьбы объ отпускѣ, но въ отвѣтъ слышались ругань и смѣхъ.
Солнце уже стояло надъ самымъ горизонтомъ, когда на немъ появилась черная точка, которая медленно, но постепенно росла. Вѣтеръ отклонился къ осту и начиналъ подувать голуменами { Дуть голуменами -- дуть съ неодинаковою силой, непостоянно.}. Ударитъ легко, побѣжитъ темною рябью по гладкой водѣ, протечетъ мимо тебя и уляжется на короткое время. Потомъ повторяется та же исторія. Паруса опадутъ, надуются, лодка пойдетъ скорѣе, вода заговоритъ подъ килемъ и водорѣзомъ, бѣлая пѣна тихо забурлитъ за рулемъ, но столбъ вѣтра проходитъ и все стихаетъ, только темная рябь дальше ползетъ по поверхности моря. Лодка, недавно чернѣющая на горизонтѣ, теперь обреилась { Обреиться -- обнести рей и парусъ съ одной стороны мачты на другую. Реить -- идти къ извѣстной точкѣ по ломаной линіи, пользуясь силою вѣтра спереди, т. е. противнаго.} и пошла въ черни, быстро выростая и пересекая путь нашимъ пловцамъ.
Солнце, наконецъ, сѣло, но въ воздухѣ было еще свѣтло. Теплыя рдѣющія сумерки еще горѣли, мало-по-малу подергиваясь пепломъ заката. На востокѣ ярче и ярче начинали мигать звѣзды. Туманъ, легко курившійся надъ водою, сметало проходящимъ вѣтромъ. Царило глубокое безмолвіе; только киргизъ на разъѣздновской лодкѣ тянулъ безконечную импровизацію, героемъ которой былъ едва ли не захваченный Стоблянниковъ, потому что "казакъ урусъ" часто мелькало среди монотонно-грустнаго воя. Все словно задумалось.
Прошло около часа.
-- Сажай! Эй ты, разъѣздной, сажай, тебѣ сказываютъ!... Куда лѣзешь?