-- Мы?-- Ничего.
-- Какъ, ничего. Что у васъ такое вышло?
-- Опять же не у насъ. Безъ тебя этто Калина на посѣдку ходилъ.
-- Ахъ онъ, собачій сынъ! Какъ онъ смѣлъ? Ну, счастливъ его богъ, что больной лежитъ, а то задалъ-бы я ему сбуду, узналъ бы, какъ отцовъ наказъ нарушать! А ты чего смотрѣлъ?
-- Меня дома не было: ѣздилъ въ городъ тебя выхаживать. Да еслибы и дома былъ сталъ ли бы онъ меня слухать?
-- Что же у нихъ вышло съ Кузькой? говори.
-- Извѣстно, что. Поспорили. Кузька-то хотѣлъ поколотить Калинку и ребятъ подбилъ, да Калинка спрятался отъ нихъ за амбары. Не отъ чего же онъ боленъ, какъ отъ эптого, что всю ночь, притаившись отъ ребятъ за амбарами, продрогъ.
-- Ну, пусть только поправится... я раздѣлаюсь съ нимъ, Изъ-за чего же они повздорили-то?
-- Я же тебѣ говорю: изъ чего ребята на посѣдкахъ спорятъ.
-- Изъ-за Груньки, вѣрно?