Они входят в беседку на краю крокетного поля и садятся в темноте на скамейку.
-- Здесь, в беседке, я однажды замечталась и уснула, -- улыбается Лиза. -- Проспала два часа, а меня все искали.
-- А помнишь, как ты мечтала о принце? -- тихо спрашивает Николай Андреевич.
Он медленно отчеканивает слова, боясь, чтобы голос не дрогнул от пожирающего его волнения.
-- Я ведь тогда часто о нем думала, -- смеется Лиза. -- Конечно, это детские бредни, -- продолжает она после долгого молчания. -- Можно великолепно обойтись и без его высочества... И почему мне не считать себя счастливой? У меня прекрасный муж, дети...
-- Англичанка, -- тихо отчеканивает Николай Андреевич.
Лиза несколько мгновений изумленно вслушивается в это неожиданное слово.
-- Ну, да, -- говорит она просто и смеется. Она так хорошо умеет ценить иронию.
Ее плечо вздрагивает у самых губ Николая Андреевича. Ему хочется сжать, стиснуть до боли это плечо, но он сидит неподвижно и слушает долгий нервный смех Лизы, отдаленно похожий на рыдание.
-- Ты, конечно, мало знаешь моего мужа, -- говорит, немного успокоившись, Лиза. -- К нему нужно привыкнуть, узнать его... а на это нужно потратить немало времени. Это уже хочешь -- не хочешь... Потому, что его почти никогда не бывает дома. Он устроен немного иначе, чем мы... Более по-городскому, что ли. У него нет нашей неопределенности, расплывчатости, романтических фантазий... Но ведь это и не нужно вовсе... Ах, Кока... Ведь, правда? Этого совсем не нужно?