Рылѣевъ, сильно взволнованный всѣмъ этимъ, не замедлилъ передать происшедшій разговоръ и содержаніе полученныхъ бумагъ H. А. Бестужеву, который, замѣтивъ, что Ростовцевъ ставитъ свѣчу Богу и сатанѣ, выразилъ увѣренность, что они будутъ арестованы, если не теперь, то послѣ присяги. Тогда Рылѣевъ спросилъ: "Что же намъ, полагаешь, нужно дѣлать? "Не показывать этого письма никому,-- отвѣчалъ Бестужевъ,-- и дѣйствовать: лучше быть взятымъ на площади, нежели на постели. Пусть лучше узнаютъ, за что мы погибнемъ, нежели будутъ удивляться, когда мы тайкомъ исчезнемъ изъ общества, и никто не будетъ знать, гдѣ мы и за что пропали".
Рылѣевъ бросился къ Бестужеву на шею и сказалъ въ сильномъ волненіи:
"Я увѣренъ былъ, что это будетъ твое мнѣніе. И такъ, съ Богомъ! Судьба наша рѣшена. Къ сомнѣніямъ нашимъ, конечно, прибавятся всѣ препятствія, но мы начнемъ. Я увѣренъ, что погибнемъ, но примѣръ останется. Принесемъ собою жертву для будущей свободы отечества!"
Въ 12-мъ часу вечера 13-го декабря Оболенскій пришелъ къ Ростовцеву и, обнявъ его, сказалъ:
"Такъ, милый другъ; мы хотѣли дѣйствовать, но увидѣли свою безразсудность. Благодарю тебя, ты насъ спасъ.
"Такая перемѣна меня обрадовала,-- разсказываетъ Ростовцевъ,-- но впослѣдствіи я увидѣлъ, къ несчастью, что это была только хитрость" { Н. К. Шильдеръ, "Императоръ Николай Первый", I, 273--277.}.
13 декабря былъ составленъ окончательный планъ дѣйствій, который состоялъ въ томъ, чтобы возмутить гвардію, привести ее къ Сенату, принудить Николая Павловича дать согласіе на созваніе депутатовъ отъ всей Россіи для установленія представительнаго образа правленія. "Князь Оболенскій прибавляетъ къ сему,-- гласитъ "Донесеніе слѣдственной комиссіи",-- что до съѣзда депутатовъ, Сенатъ долженствовалъ бы учредить временное правленіе (изъ двухъ или трехъ членовъ Государственнаго Совѣта и одного члена изъ Тайнаго Общества, который былъ бы правителемъ дѣлъ онаго), назначать и корпусныхъ, и дивизіонныхъ командировъ гвардіи изъ людей, имъ извѣстныхъ и сдать имъ Петропавловскую крѣпость. При неудачѣ они полагали, какъ показываютъ согласно Трубецкой и Рылѣевъ, выступить ихъ города, чтобы стараться распространить возмущеніе". Тутъ же, на квартирѣ Рылѣева, были разговоры о цареубійствѣ и предложеніе Каховскому совершить этотъ актъ, т. е. тѣ дѣйствія, за которыя особенно жестоко пострадали многіе изъ заговорщиковъ.
Для приведенія всего плана въ исполненіе главноначальствующимъ, или диктаторомъ, былъ назначенъ князь Трубецкой.
На слѣдующій день, (14 декабря) произошли извѣстныя событія на Сенатской площади: возмущеніе части гвардіи, неприбытіе на площадь князя Трубецкаго, передача начальствованія князю Оболенскому, смерть графа Милорадовича, настойчивое требованіе предводителями возстанія отъ императора Николая конституціи, подавленіе возмущенія пушечными выстрѣлами, арестъ нѣкоторыхъ изъ заговорщиковъ въ тотъ же вечеръ...
Затѣмъ послѣдовали дѣятельность слѣдственной комиссіи, Верховный уголовный судъ, тяжкая кара декабристамъ...