-- Можетъ быть, вы обратили вниманіе,-- перебилъ себя Осоргинъ,-- на этотъ календарь. Мой сынъ, когда пріѣзжаетъ на рождественскіе каникулы, всегда привозитъ мнѣ въ подарокъ такой календарь. Въ первый разъ, еще маленькимъ мальчикомъ, онъ самъ прибилъ его около кровати, чтобы я вспоминалъ его каждое утро, отрывая листокъ. Потомъ это вошло въ обычай...
-- Какъ теперь вспоминаю,-- продолжалъ Осоргинъ,--я не испытывалъ ужаса. Это было отупѣніе. Когда первый моментъ прошелъ, я вспомнилъ, что на календарѣ не разобралъ года. И я спросилъ Соломона. Онъ жалъ мнѣ руку и говорилъ ласково и успокоительно:
-- Вы перемѣните вашу жизнь 17 декабря 1915 г. Мнѣ самому не нуженъ былъ этотъ опытъ. Вы хотѣли видѣть своими глазами, а я еще вчера ночью зналъ ваше будущее.
-- Я читалъ, что въ Версалѣ графъ Каліостро показалъ когда-то Маріи Антуанеттѣ въ графинѣ съ водой гильотину, на которой потомъ несчастная королева сложила голову. Вѣдь это явленіе того же порядка?
Соломонъ пожалъ плечами:
-- Я не знаю, что было тогда и было ли это! Не спрашивайте у меня объясненій. Я вамъ только скажу, что древняя мудрость выше, чѣмъ наша. Треножнику много, много вѣковъ. А этотъ зеленый камень, уменьшившійся на одну каплю -- не твореніе человѣческихъ рукъ. Это самое драгоцѣнное, что у меня есть. Вы -- сильный чело, вѣкъ и должны найти въ себѣ силу прожить оставшееся вамъ время мудро и хорошо. Вѣдь, сколько жизней у васъ еще впереди!..
Я скоро разстался съ антикваромъ, искренно расцѣловалъ его и повторилъ клятву, что свято сохраню тайну. На прощаніе старикъ опять сказалъ мнѣ:
-- Я очень обязанъ вамъ. Безъ моей просьбы вы дали мнѣ спокойную жизнь... Вы можете одному другу сказать то, что вы узнали, но только одному. Вотъ, возьмите эту маленькую монетку. Какъ вы видите, это временъ Птоломеевъ. Такой образецъ ея -- довольно рѣдкій. Кто принесетъ ее отъ васъ, узнаетъ то же, что узнали и вы.
-----
Я не рѣшался прерывать Осоргина, такъ захватилъ меня его разсказъ, но тутъ я невольно воскликнулъ: