Она не питала большого доверия в силу любви мисс Мэсон. В сентиментальной болтовне и сообщительном восторге Лоры она находила что-то ложное. Мистрис Монк-йш была бы расположена любить Лору очень нежно после разрешения главной задачи ее жизни, когда у нее будет достаточно времени на то, чтоб любить других, и теперь романтическая страсть Лоры к молодому художнику мало ее тревожила.
"Лора так же непостоянна, как ветер, -- подумала она, -- Ланцелота она возненавидит, если только я скажу ей, до какой степени он низок".
Но как удивилась Элинор, когда Монктон сказал очень спокойно:
-- Если Лора действительно к нему привязана, и он отвечает на ее любовь -- она такая хорошенькая, в ней столько очаровательной прелести: можно ли предполагать, чтоб он не полюбил ее -- то я не вижу, почему бы этому браку не состояться.
Элинор быстро подняла глаза и вскричала:
-- О, нет, нет, нет! Ты никогда не можешь согласиться на брак Лоры с мистером Дэрреллем.
-- А почему же нет, мистрис Монктон?
Лукавый дьяволенок, которому с некоторых пор нотариус дал убежище в своей груди, вдруг превратился в свирепого демона, который бешено счал грызть своего хозяина.
-- Почему же Лоре не следует выходить за Ланцелота Дэррелля?
-- Потому что ты имеешь о нем дурное мнение. Вспомни, что говорил ты мне у калитки сада в Гэзльуде, когда он только что возвратился в дом матери. Ты говорил, что он эгоистичен, пуст, легкомыслен, даже, может быть, лжив. Ты говорил, что в жизни его кроется тайна.