-- О, онъ навѣрное уѣхалъ въ колоніи или куда-нибудь,-- воскликнула леди Баркеръ.-- Изъ Англіи, въ наше время, столько уходитъ кораблей. Неужели вы думаете, что убійца этой несчастной женщины остался въ Англіи?
-- Весьма вѣроятно, что остался, скромно притаившись подъ внѣшней оболочкой величайшей добропорядочности,-- отвѣтилъ Эдуардъ.
-- Вы, значитъ, полагаете, что это сдѣлалъ мужъ?-- вмѣшался въ разговоръ сэръ Джошуа Паркеръ, съ своего мѣста но правую руку Лоры.
-- Не вижу основанія въ томъ сомнѣваться,-- возразилъ Эдуардъ.-- Если мужъ невиновенъ, то почему-же онъ исчезъ, какъ только обнаружилось преступленіе?
-- Онъ могъ имѣть на то свои причины, причины, не имѣющія ничего общаго со смертью жены,-- промолвилъ Джонъ Тревертонъ.
-- Какія достаточно-сильныя причины ногъ онъ имѣть, чтобы подвергнуться риску быть принятымъ за убійцу?-- съ недовѣріемъ спросилъ Эдуардъ.-- Ни одинъ невинный человѣкъ не поставилъ бы себя въ подобное положеніе.
-- Сознательно, нѣтъ,-- сказалъ Джонъ;-- но человѣкъ этотъ могъ дѣйствовать подъ вліяніемъ перваго впечатлѣнія, не обдумавъ послѣдствій своего поступка.
-- Допустить это значило-бы счесть его за дурака,-- возразилъ Эдуардъ,-- а судя по всему, что я о немъ слышалъ, онъ принадлежитъ въ другой половинѣ рода человѣческаго.
-- Вы хотите сказать, что онъ негодяй?
-- Я хочу сказать, что онъ человѣкъ смышленый. Не таковъ онъ, чтобы, найдя жену съ перерѣзанныхъ горломъ, убѣжать, предоставивъ всѣмъ лондонскимъ газетамъ право клеймить его, какъ труса и убійцу,-- рѣшительно проговорилъ Эдуардъ.