-- Нѣтъ. А между тѣмъ, въ лицѣ этомъ было нѣчто, казавшееся мнѣ знакомымъ. Когда онъ говорилъ, я знала, что прежде слышала этотъ голосъ. Онъ звучалъ ласково, дружески, какъ голосъ кого-то, кого я знала давнымъ-давно. Онъ просилъ меня постараться понять, какую перемѣну десять лѣтъ несчастій могутъ произвести въ наружности человѣка. Не одно время измѣнило его,-- сказалъ онъ мнѣ,-- но пренебреженіе свѣта, плохое здоровье, тяжелая работа, разъѣдающее горе.-- Примите все это во вниманіе,-- сказалъ онъ,-- взгляните на меня снисходительными глазами, постарайтесь обратить мысли ваши назадъ, къ прежней жизни въ Чизвивѣ, и скажите, какую роль игралъ я въ ней. Я посмотрѣла на него очень серьезно, и чѣмъ болѣе я смотрѣла, тѣмъ знакомѣе становилось его лицо.-- Я думаю, что вы должны быть другомъ моего отца,-- сказала я наконецъ.-- Бѣдняки не имѣютъ друзей,-- отвѣчалъ онъ:-- въ то время, какое вы помнить можете, отецъ вашъ ихъ не имѣлъ. О, дитя, дитя, неужели десять лѣтъ могутъ изгладить изъ памяти образъ отца? Я твой отецъ!
Лора остановилась, тяжело дыша, переживая съизнова волненія этой минуты.
-- Я не могу выразить тебѣ, что я почувствовала, когда онъ это сказалъ,-- вскорѣ продолжала она. Мнѣ казалось, что я упаду въ обморокъ къ его ногамъ. Мозгъ мой отуманился; я ничего не могла понять; потомъ, когда сознаніе медленно возвратилось ко мнѣ, я спросила его: какъ могло это быть справедливо? Развѣ отецъ мой не умеръ нѣсколько часовъ послѣ того, какъ Джасперъ Тревертонъ увезъ меня? Мой пріемный отецъ говорилъ мнѣ, что оно такъ и было. Тогда онъ -- отецъ мой -- сказалъ, что онъ дозволилъ Джасперу Тревертону считать его мертвымъ, ради меня, съ тою цѣлью, чтобы я могла быть пріемышемъ богатаго человѣка, и хорошо поставлена въ жизни, тогда какъ онъ -- мой настоящій отецъ.-- былъ странникомъ и нищимъ. Мистеръ Тревертонъ получилъ письмо, извѣщавшее его о смерти его стараго друга,-- письмо, написанное подъ чужую руку самимъ отцомъ моимъ, и никогда не далъ себѣ труда освѣдомиться о подробностяхъ смерти и погребенія. Онъ чувствовалъ, что сдѣлалъ достаточно, оставивъ денегъ на удовлетвореніе потребностей больного, и освободивъ его отъ всякихъ заботъ относительно дочери. Вотъ что сказалъ мнѣ отецъ. Какъ могла я упрекать его, Джэкъ, какъ могла я презирать его за этотъ обманъ, за ложь, до такой крайности унизившую его. Онъ согрѣшилъ ради меня.
-- И ты не усомнилась въ немъ? Ты твердо повѣрила, что онъ тотъ самый отецъ, котораго ты почитала умершимъ и погребеннымъ десять лѣтъ тому назадъ?
-- Какъ могла я сомнѣваться? Онъ показалъ мнѣ бумаги,-- письма,-- которыя никому не могли принадлежать, кромѣ моего отца; онъ далъ мнѣ портретъ матери, и потомъ лицо его вспоминалось мнѣ какъ лицо, мнѣ нѣкогда очень знакомое; голосъ его также былъ мнѣ памятенъ.
-- Дала ты ему денегъ при этой первой встрѣчѣ?
-- Онъ сказалъ мнѣ, что онъ бѣденъ, что онъ раззорившійся джентльменъ, безъ занятій, съ плохимъ здоровьемъ, и лишенъ всякой возможности заработать себѣ средства въ жизни. Могла ли я, дочь его, жившая въ роскоши, не предложить ему всей помощи, какая только была въ моей власти. Я просила его открыться мистеру Тревертону -- пап а, какъ я всегда называла его,-- но ему не хотѣлось, что весьма понятно, сознаться въ обманѣ, поставившемъ его въ такое ложное положеніе.-- Нѣтъ,-- сказалъ онъ,-- я солгалъ ради тебя и долженъ держаться за эту ложь ради самого себя.-- Я не могла настаивать на томъ, чтобы онъ измѣнилъ свое намѣреніе по этому вопросу; я чувствовала, какъ тяжело ему будетъ стать лицомъ въ лицу съ своимъ старымъ другомъ при такихъ унизительныхъ условіяхъ. Я обѣщала сохранить его тайну, и сказала ему, что буду посылать ему все, что смогу удѣлить изъ своего дохода, если только онъ дастъ мнѣ адресъ, по которому я могла бы пересылать деньги.
-- Какъ часто видала ты его послѣ этого?-- спросилъ Джонъ Тревертонъ.
-- До сегодняшняго вечера, только три раза. Одно изъ этихъ свиданій происходило въ тотъ вечеръ, въ который я на глазахъ твоихъ впустила его въ садовую дверь.
-- Такъ,-- проговорилъ Тревертонъ, краснѣя при воспоминаніи о жестокихъ подозрѣніяхъ, пробудившихся въ умѣ его вслѣдствіе этого тайнаго свиданія.-- И ты никогда не говорила моему двоюродному брату о твоемъ отцѣ?